Ашерон понятия не имел, что говорил Ник. Какую-то тарабарщину? Однако все звучало слишком четко и связно, чтобы быть простым набором слов. Волосы на затылке встали дыбом.
Эш посмотрел на Артемиду:
— Что ты с ним сделала?
Богиня пожала плечами, остановившись в нескольких шагах от белой кровати из слоновой кости, окутанной прозрачным золотым занавесом.
— Ничего. Он охлаждается уже целый день.
— Горит, Арти. Слово «горит». — Ну почему она всегда разговаривает неправильно?
— О, да неважно. — Это безразличие пробудило в нем желание задушить ее. Ник может умереть, а ее будет беспокоить лишь то, как избавиться от тела, чтобы остальные боги не заметили.
Пытаясь не думать об этом, Эш поднял веко Ника и увидел, что его глаза были демонически красного цвета. Кожа горела, как огни преисподней. Клыки были длиннее обычного. И зазубрены.
Что происходит? Он мутировал во что-то еще?
А самое главное, кто или что контролировало его?
— Как давно он в таком состоянии? — Эш издал звук отвращения, прежде чем она смогла ответить. Что за дурацкий вопрос. Для Артемиды время не имело значения. — Он говорил что-нибудь, прежде чем заболеть?
— Нет.
Потеряв терпение, Эш применил свои способности, дабы выяснить, что произошло между ними. Он увидел лишь то, как они занимались сексом, после чего Ник отстранился, охваченный болью.
С тех пор он не двигался. Но копнув глубже, Эш перешел от этого Ника к другим его воплощениям. И увидел…
— Вот, черт…
— Что? — подпрыгнула Артемида.
Эш проигнорировал ее, посылая мощный божественный разряд прямиком в сердце Ника.
Ник вышел из состояния комы, размахивая руками. Особенно когда увидел, кто именно его ударил. Он потянулся, чтобы схватить Эша, но тот увернулся, оказавшись вне досягаемости.
— Что, черт возьми, ты здесь делаешь, урод? — яростно прохрипел Ник.
Эш немного увеличил расстояние между ними. Не из страха, что Ник навредит ему, а опасаясь, что сам может навредить парню.
— Я бы задал тебе тот же вопрос. — Он взглянул на Артемиду. — А я-то думал, ты умнее.
Ник бросился на него.
Эш укрыл свое тело, чтобы тот не смог к нему приблизиться — опять же, для безопасности Ника. Поведение и нахальство Каждуна подрывало все терпение Ашерона и побуждало к насилию сильнее, чем преследования Артемиды.
— Ты помнишь, что происходит, когда демон выдает себя за кого-то? — спросил Эш.
Не обращая внимания на полную наготу, Ник презрительно усмехнулся:
— Что за тупой вопрос? Конечно, помню.
Дублируемая жертва погружалась в коматозное состояние…
Или умирала.
Эш прищурился, глядя на Ника:
— Какой день ты помнишь последним?