Столик покачнулся.
Пискнув как мышь, Эмма ухватилась за края.
– Ш-ш-ш, – снова предупредил Мститель.
– Что вы делаете?
Никакого ответа.
– Как вы меня нашли?
Никакого ответа.
Вместо этого он легко провел пальцами по ее лбу, щеке, губам, ключицам и задержался на выпуклости груди.
В его прикосновении было напоминание, что он владеет ее сердцем.
Ярко светила луна, но они находились в тени. Кругом стояла тишина, только где-то тикали часы. Стол под ней был твердым и холодным, ноги не доставали до пола.
– Вы можете говорить, – произнесла Эмма. – Так скажите мне…
Указав на горло, как всегда обмотанное длинным белым шарфом, он издал хриплый звук.
Да, даже вчера ночью, когда тела их сплелись, у него на шее был шарф.
– Хорошо. Но когда-нибудь я смогу услышать ваш голос?
Он кивнул.
– И увижу ваше лицо?
Он приложил ладонь к сердцу. Очевидно, это означало «да».
Взяв руки Эммы, он отвел их в стороны и смотрел на нее так, будто не мог поверить.
Она угадала его мысли: этот элегантный наряд вовсе не платье простой компаньонки, с которой он встретился в первый раз.
– Я танцую и улыбаюсь, – шептала она. – Но это ничего не значит. Я сделаю все, чтобы узнать планы принца, касающиеся вас.
Мститель неодобрительно хмыкнул. Наверное, он возражал тем самым против подобных намерений Эммы. Или он ревнует?
– Я не остановлюсь, – сказала Эмма. – Сандре одержим желанием схватить вас и показать всем, что он держит страну железной хваткой. Это уже не просто гордость. Если принц не преуспеет в этом, он опозорен.
Глаза Мстителя не отрывались от лица Эммы, руки гладили ее открытые плечи. Он поднес ее пальцы к губам и целовал по одному.
Прислонясь к стене, Эмма смотрела, как он целует ее ладони. От каждого его прикосновения и поцелуя дыхание сбивалось.
– Мы не можем заняться любовью здесь. – Она дотронулась до его подбородка. – Это слишком опасно.
Он указал на нее и на себя.
– Да, – сказала она. – Для нас обоих.
Мститель улыбнулся и… поднял ее юбку.
– Нет. – Эмма попыталась одернуть подол. – Это невозможно!
Он прижал ее руки к краям столика и знаком показал, что не нужно двигаться. Став перед ней на колени, он снова поднял ее юбки. Когда он скользнул под них, Эмма сдавленно вскрикнула.
Эмма попыталась сжать ноги.
– Нет! – Замешательство и смущение охватили ее. – Не надо…
Он ласкал ее икры в шелковых чулках, гладкие и теплые. Играл с подвязками. Его руки, несмотря на ее протесты, украдкой пробирались вверх, скользили по нежной коже внутренней стороны бедер.
Эмма пыталась отодвинуться, но столик предательски качнулся под ней и она снова ухватилась за края.