- С каплями всё в порядке, госпожа, они не пострадали.
Пришлось вернуться и отдать ей флакончик. Сара со вздохом забрала его, развернула меня к свету и, качая головой, осмотрела нос.
- Рассказывай, как было, Лей.
Я и рассказала, умолчав только о помощи хырам. Придумала, что наёмников спугнули солдаты.
- Так, немедленно к сеньору Мигелю, не переодеваясь! Я тем временем пошлю за врачом и доложу хозяину.
- Не надо хозяину! – взмолилась я. Не успела придумать правдоподобную ложь, а норн ведь будет расспрашивать.
- Мне лучше знать. Идём.
Маг не обрадовался нежданной работе по сращиванию носа торхи. Он спокойно сидел, читал, потягивая ароматный глинтвейн, а тут я… Взгляд Мигеля красноречиво свидетельствовал о том, что я лишний предмет в его любимой библиотеке.
«Садись», - сжав губы в тонкую ниточку, бросил он, неопределённо махнув рукой.
Я присела на краешек стула, хлопая ртом, как рыба: дышать носом я по-прежнему не могла. Маг подошёл, склонился надо мной и внимательно осмотрел перелом.
«Да уж, повозиться придётся, - недовольно пробормотал он. – Наверняка с лестницы навернулась, а я теперь лечи последствия твоей дурости! Теперь сиди и не рыпайся».
Я и не собиралась.
Первое же прикосновение вызвало дикую боль.
Не обращая внимания на мои всхлипы, судорожные подёргивания и побелевшие костяшки пальцев, которыми я вцепилась в стол, Мигель с безразличием палача совмещал фрагменты того, что некогда было моим носом. Хмыкнув, произнёс какое-то заклинание и, зафиксировав кости, отошёл, придирчиво разглядывая. За этим занятием его и застал Сашер альг Тиадей, стремительно ворвавшийся в библиотеку.
- Ну и красавица! – Не понравился мне его тон. – Кто это так тебя? Зеленоглазка, я спрашиваю, кто?!
Я даже подскочила от его окрика. Сжавшись, решила, что сейчас он меня ударит.
- Мигель, что у неё с носом? – норн подошёл ближе, буравя меня янтарными глазами.
- Сломан, мой норн. Ничего, я сейчас всё исправлю.
- Лей, - голос хозяина стал мягче, - кроме носа ещё что-то есть?
- Они несколько раз ударили меня, - чуть слышно пробормотала я, гадая, стоит ли ему говорить про Анафа.
- Они? Грязные свиньи, всех велю повесить! Хотя нет, сначала они попрыгают под щипцами палача. Лей, - его руки ощупывали меня, подмечая места, где я болезненно кривилась, - почему ты не хочешь сказать, что случилось, и кто это сделал?
- Я хочу, хозяин, просто мне тяжело одновременно дышать и говорить.
Это было правдой: дышать со сломанным, забитым сгустками крови носом сложно.
Норн кивнул и отошёл в сторону, наблюдая за тем, как колдует Мигель. Маг совершал какие-то странные движения руками, шептал нараспев непонятные слова.