Пассажир (Гранже) - страница 359

Некоторые лица резко выделялись на общем фоне. Правильные черты, глубокий взгляд — эти девушки принадлежали к другому миру. Настоящие секс-бомбы. Шаплен задумался, а существовали ли они на самом деле? На сайтах знакомств многие приукрашивают свои фотографии, чтобы завлечь в свои сети побольше воздыхателей…

Если только это не девушки из эскорта, о которых упоминала Софи Барак. Таким профессионалкам нечего ловить в этом клубе. И уж точно Саша не стала бы им платить. Кто же тогда их нанимал? И для чего? Девушки постарались выглядеть естественно: никакой косметики, ничего вызывающего. Но красота — торжествующая, трепещущая — выдавала их с головой.

Шаплен записал их псевдонимы. Клоэ. Жюдит. Аква-84… Потом нашел Медину. Она собрала волосы сзади. Стерла с лица чувственную гримаску Медина изображала low profile,[59] но не могла скрыть свою обольстительность. Такая девушка на вечеринках Саша не осталась бы незамеченной.

И Лейлу он тоже отыскал. Молодая марокканка с волнистыми волосами, темными губами и черными глазами. Она тоже прикинулась скромницей. Ни косметики, ни украшений. Простая бежевая блузка. Но залегшие под глазами тени, словно вспышки мглы, придавали ее взгляду блеск кристаллов. Очевидно, эти сногсшибательные девушки пытались раствориться в толпе. Что же им было нужно?

Вдруг что-то его зацепило. Шаплен вернулась назад и еще раз медленно прокрутил фотографии. Он узнал еще одно лицо. Овальное, очень бледное, обрамленное темными волосами, такими гладкими, что они напоминали черный шелк. Светлые глаза сверкали как свечи, вызывая в памяти церковную службу и запах ладана. Ангельское лицо, нежное, как молитва, и разящее, как откровение.

Шаплен прочитал псевдоним этого ангела, и все поплыло у него перед глазами.

Feliz.

Это слово он слышал во сне — сне о тени и белой стене. Он не забыл значение этого слова по-испански: «счастливый, счастливая». Фелис. Шаплен знал ее лицо. Он снова слышал голос из сна, шепчущий, знойный, полный благодатной надежды. Теперь он знал, что это был ее голос.

Фелис.

Кликнув по фото, он раскрыл папку с ее личными данными. Когда на экране появилось ее настоящее имя, Шаплен, не веря, замотал головой — полное безумие, такое просто невозможно, — он едва сдержал стон. Все встало на свои места, и возврата не было.

Настоящее имя Фелис — Анна Мария Штрауб.

Теперь он ее узнал. В его воспоминаниях черты лица были стянуты, искажены веревкой, сломавшей ей позвонки. Но это точно была она. Мертвая. Повесившаяся. Призрак из его снов. Анна Мария Штрауб. Единственная женщина, которую, как ему казалось, он любил, не была пациенткой психушки. Она — одна из эскорт-девушек, с которой он познакомился на вечеринках Саша. Присосавшаяся к нему пиявка, которой платили за участие в этих встречах. Его воспоминания — страстные ночи в палате Анны Марии, безумие его любовницы, ее тело, болтающееся над ним на его же ремне, — сплошь обман и галлюцинации. До сегодняшнего дня у него мало что было. Но и эта малость только что испарилась как дым.