У Тонье Виг отвисла челюсть. Гордость норвежской стоматологии.
— О боже! — воскликнула она.
Без малейшей иронии, так что Харри смог лишь констатировать, что «О боже!» все еще входит в словарный запас некоторых женщин. Он откашлялся.
— Да, я думаю, что вы с послом проводили те самые дни, которые мы только что перепроверили, в отеле «Марадиз», и по такому случаю я должен знать, сколь вы были близки и где ты лично находилась в день убийства.
Казалось невероятным, что бледное лицо Тонье Виг может стать еще бледнее.
— Могу я переговорить с адвокатом? — спросила наконец она.
— Нет, если тебе нечего скрывать.
На глаза у нее навернулись слезы.
— Мне нечего скрывать, — проговорила она.
— Тогда тебе следует отвечать на мои вопросы.
Она осторожно промокнула салфеткой глаза, чтобы не размазать макияж.
— Вы знаете, у меня было желание убить его.
Харри отметил про себя, что она снова перешла на «вы», и терпеливо приготовился ждать продолжения.
— Такое сильное желание, что я почти обрадовалась, узнав, что он мертв.
Харри понял, что ее понесло. Только бы не сказать или не сделать какую-то глупость, чтобы она не остановилась, ведь признание редко приходит одно.
— Это потому, что он не хотел уходить от своей жены?
— Нет! — качнула она головой. — Вы меня не поняли. Потому что он все мне испортил! Все, что…
И она разразилась такими горькими рыданиями, что Харри понял: сейчас она скажет что-то очень важное. Взяв себя в руки, она вытерла слезы и откашлялась:
— Он был политическим назначенцем, в целом непригодным для этой должности. Я уже стала первым кандидатом на должность посла, как вдруг стало известно о его назначении. Его спешно прислали сюда, будто бы нет иных способов удалить его из Норвегии. И мне пришлось расстаться с ключами от посольского кабинета, вручив их тому, кто не умеет отличить советника от атташе. У нас никогда не было никакой связи, для меня абсурдна сама мысль об этом, понимаете?
— Что случилось потом?
— Когда меня вызвали на опознание, я внезапно забыла обо всех прошлых обидах и поняла, что у меня появился новый шанс. Я начала вспоминать, каким милым и умным человеком был убитый. Это правда! — воскликнула она, будто Харри ей возражал. — Пусть даже он, на мой взгляд, не особенно годился на роль посла. И знаете, я после этого долго думала обо всем случившемся. О том, что я, наверное, не умею видеть главного в жизни, что на свете есть вещи важнее работы и карьеры. Может, я и не буду добиваться этого поста. Посмотрим. Надо еще о многом подумать. Нет, не могу сказать сейчас ничего определенного. — Она всхлипнула еще пару раз и, казалось, полностью пришла в себя. — На самом деле советник посольства редко назначается на должность посла в том же самом посольстве. Насколько мне известно, до сих пор подобного не случалось.