Либо имя у него есть или было, но он решил его скрыть.
— Я не могу обращаться к тебе, не называя никак.
Наступила долгая пауза.
«Назови меня сам!» — потребовал вдруг дракон. В голосе уже отсутствовали капризные нотки, скорее там появилось вялое оживление.
И Тимофей ухватился за эту ниточку. Если дракон просит дать ему имя, значит, он готов общаться. А тот, с кем ты общаешься, может стать тебе другом-Союзником.
— Э-э… — Он порылся в памяти. — А ты мужчина или женщина? То есть я хотел сказать…
«Я понял, что ты хотел сказать, — оборвал его дракон. — Деление по половому признаку. Пожалуй… пожалуй, я предпочту женское имя. Что-нибудь такое… легкое, воздушное».
Тимофей с сомнением посмотрел на глыбу, сидящую на решетке. В отличие от Эскалибура и погибшего Диауна, у этого дракона не было даже яркой окраски. Он был какого-то неопределенного цвета — мешанина бурого, серого, черного…
Итак, требовалось легкое и воздушное женское имя для этой грязной глыбы. Он успел это подумать — и тут же прикусил губу. Что, если дракон читает его мысли?
— Хм… — Тимофей прочистил горло хриплым кашлем. Какие там у нас женские героини? С воздушным уклоном… — Эсмеральда?
Леха рядом завозился и встревоженно приподнял голову:
— Ты че, браток? О бабах мечтаешь?
Как быть в такой ситуации — просветить Леху и прослыть слегка сумасшедшим? Или промолчать и прослыть сумасшедшим окончательно?
«Ну и репутация у меня здесь сложится», — устало подумал он. Псих, время от времени теряющий человеческий облик и творящий совершенно непотребное…
— Нет. — Все-таки слегка сумасшедший — это лучше, чем полный псих. — Я сейчас разговариваю с драконом. С тем, что сидит над нами на решетке. Только ты его услышать не можешь, потому что…
— Очнись, братан! — потрясенно прошептал Леха, разворачивая к нему лицо и округляя глаза. — Эта груда дерьма сверху ни с кем не…
И тут от глыбы на решетке отделилась длинная полоса, в которой Тимофей с содроганием опознал мощный, усаженный шипами хвост. Хвост приподнялся и ударил по решетке.
Прутья загудели. Сокамерники, до этого момента мирно и неторопливо прогуливавшиеся вдоль периметра камеры, застыли, испуганно прижавшись к стенам.
Леха, побледнев, хрипло задышал. И так же, как и прочие, завороженно уставился на пятно драконьей задницы, свисавшей сверху.
Тимофей раздраженно поморщился. Общение придется прервать, чтобы объясниться с Лехой. Браток иногда демонстрировал удивительную негибкость мышления, особенно когда дело касалось чего-нибудь сверхъестественного. Хотя в последнее время это сверхъестественное попадалось им чуть ли не на каждом шагу.