— А как я могу быть в этом уверен? Что на самом деле вам от меня нужно? — спросил Валландер.
— Нам нужна ваша помощь.
— А зачем вам понадобилось называть меня вымышленным именем? Почему вы тайком привезли меня сюда?
— Как я уже сказал, к сожалению, это необходимо. Вы в Латвии совсем недавно, господин Валландер. Вы еще поймете нас.
— Чем я могу вам помочь?
Он снова уловил едва слышный звук из темноты, окружавшей слабый свет керосиновой лампы. «Байба Лиепа, — подумал он. — Она не хочет показываться. Но она здесь, рядом со мной».
— Потерпите несколько минут, — продолжил Упитис. — Для начала я объясню, что на самом деле сейчас представляет собой Латвия.
— А это действительно необходимо? Латвия — такая же страна, как и все другие. Хотя я допускаю, что не знаю цветов вашего флага.
— Я полагаю, без объяснения не обойтись. Когда вы сказали, что наша страна такая же, как другие, я понял, что, хотите вы или нет, но мы должны разъяснить вам некоторые вещи.
Валландер отпил тепловатого чаю, пытаясь разглядеть, что скрывается в темноте. Краем глаза он вроде бы заметил слабую полоску света, словно от неплотно прикрытой двери.
Шофер грел руки чашкой с чаем. Его глаза были закрыты, и Валландер понял, что разговаривать предстоит лишь с человеком, назвавшимся Упитисом.
— Кто вы? — спросил комиссар. — Позвольте мне узнать хотя бы это.
— Мы латыши, — ответил Упитис. — Мы родились в этой растерзанной стране в очень несчастливое время, наши пути пересеклись и мы поняли, что должны объединиться для дела, которое необходимо сделать.
— А майор Лиепа? — начал было Валландер, но не закончил вопроса.
— Позвольте мне начать с самого начала, — сказал Упитис. — Вы должны понять, что наша страна находится на грани окончательного распада. Так же, как в двух других прибалтийских республиках, а также остальных республиках, являющихся провинциями СССР, люди пытаются восстановить свободу, утраченную после Второй мировой войны. Но свобода рождается в хаосе, господин Валландер, и в его тьме ее поджидают ужасные чудовища. Считать, что человек может просто быть за или против свободы — страшное заблуждение. Свобода многолика. Большую часть русских, переселившихся сюда, чтобы смешаться с латышским народом и со временем довести его до полного исчезновения, беспокоит не только то, что их присутствие кому-то не нравится. Они боятся потерять свои привилегии. История еще не знает случаев, когда люди по собственной воле отказывались от своих привилегий. Поэтому в ответ они берутся за оружие, и делают это втайне. И поэтому может повториться то, что случилось осенью, когда советские войска взяли страну под контроль и ввели чрезвычайное положение. Вера в то, что весь народ сможет без жертв перейти от жестокой диктатуры к тому, что называется демократией, — это еще одно заблуждение. Для нас свобода заманчива, как красивая девушка, перед которой нельзя устоять. Для других же свобода — это угроза, с которой нужно бороться всеми способами.