Упитис умолк, будто в его словах заключалось некое откровение, которое потрясло и его самого.
— Угроза? — повторил Валландер.
— Это может вылиться в гражданскую войну, — сказал Упитис. — Дискуссии о политике могут смениться тем, что люди, мечтающие о мести, дадут выход своей ненависти. Стремление к свободе может превратиться в кошмар, предсказать который невозможно. Чудовища затаились неподалеку, в ночи кто-то точит ножи. Предвидеть, чем все закончится, так же трудно, как и представить себе будущее.
Дело, которое необходимо сделать. Валландер пытался вникнуть в истинный смысл слов Упитиса. Хотя заранее знал, что это бесполезно. Пока ему так и не удалось понять того, что происходит в Восточной Европе. В его мире политика никогда не вмешивалась в дела полиции. Он привык ходить на выборы, голосовать, не слишком задумываясь о кандидатах и не вникая в тонкости политической борьбы. Социальные перемены, непосредственно не касавшиеся его жизни, комиссара волновали мало.
— Преследовать чудовищ — это вряд ли задача полиции, — с сомнением произнес он, словно оправдываясь за собственную неосведомленность. — Я расследую реальные преступления, совершаемые реальными преступниками, я согласился стать господином Экерсом, потому что полагал, что Байба Лиепа хочет встретиться со мной без посторонних. Латышская милиция попросила меня помочь поймать убийц майора. В первую очередь выяснить, существует ли какая-то связь между его смертью и теми двумя латышами, которые были найдены мертвыми в Швеции на прибитом к берегу спасательном плоту. А теперь вдруг вы просите меня о помощи? Вам следовало бы сказать об этом прямо, без долгих отступлений о проблемах общества, которые я, к сожалению, не в силах понять.
— Вы правы, — согласился Упитис. — Я полагаю, что мы должны помочь друг другу.
Валландер задумался, как перевести на английский слово «загадка», но так и не вспомнил.
— Для меня это слишком непонятно, — вместо этого сказал он. — Скажите прямо, что вы от меня хотите. Не стоит ходить вокруг да около.
Упитис протянул руку за блокнотом, который лежал в тени позади керосиновой лампы. Из кармана потертого пиджака он вытащил ручку.
— Майор Лиепа приезжал к вам в Швецию, — сказал он. — К шведскому берегу прибило плот с трупами двух граждан Латвии. Вы работали вместе над этим делом?
— Да. Майор Лиепа был очень способным следователем.
— Но ведь он провел в Швеции всего несколько дней?
— Да.
— Как же вам удалось определить за столь короткое время, что майор был знатоком своего дела?
— Опыт и серьезный подход видны практически сразу.