Следя за движениями Жиля, Жан-Люк испытал какую-то смутную тревогу. Он тоже встал и направился в ванную.
— Нет, подожди! — всполошился Жиль. — Я хочу еще. Мне этого мало — мне всегда мало! О, почему мы должны таиться? Почему наши встречи так редки?
— Через час сюда явится Кристина. Надо успеть привести себя в порядок. Да и тебе пора сматываться.
— Она и так все время рядом с тобой. Побудь моим хотя бы оставшийся час. Разве я этого не заслуживаю?
Жиль притянул к себе Жан-Люка и опустился перед ним на колени.
В эту минуту раздался стук в дверь.
— Тебе было сказано повесить табличку «Не беспокоить», — вспылил Жан-Люк.
— Но я… я заказал для нас икру. Это, наверно, официант.
Жиль встал с колен, наспех обмотал вокруг пояса полотенце и подошел к двери.
— Принцесса Кристина! — вырвалось у него.
— Жиль Рокбар? Что вы здесь делаете? — Кристина не скрывала своей неприязни.
— Вот, приехал на недельку в Париж. — Он не потрудился поправить полотенце, которое едва держалось на его тощих бедрах.
Кристина переступила через порог. Ей сразу бросилась в глаза закутанная простынями фигура, скорчившаяся на кровати. Рядом, на ночном столике, валялись рассыпанные презервативы и вибратор в форме фаллоса.
— Жан-Люк, — прошептала Кристина, прислоняясь к стене.
— Все не так, как ты думаешь…
— Не так?
Силы покинули Кристину. Она чувствовала только обжигающую опустошенность. Все, что сказала Габи, оказалось правдой.
Сделав над собой усилие, она выпрямилась и заговорила размеренным, повелительным тоном, которому научилась у князя Генриха.
— Вставай и одевайся, — приказала она. — Ты выйдешь из номера вместе со мной, чтобы обслуживающий персонал ничего не заподозрил.
— Подожди…
— Делай, что тебе говорят.
Жиль Рокбар уставился на них во все глаза.
— Что касается вас, — Кристина стремительно развернулась к гонщику, — если вы посмеете еще хоть раз сунуть нос в Коста-дель-Мар, я прикажу вас немедленно арестовать, а затем депортировать. Наши законы запрещают подобную связь.
— Ох, как страшно, — хохотнул Жиль. — А как вы объясните это своему папеньке? Жан-Люк принадлежит мне, так было раньше и будет всегда. Вы не сможете нам помешать. Это любовь.
— Любовь? Не смешите!
Жан-Люк трясущимися руками пытался завязать галстук, но такая задача сейчас оказалась для него непосильной.
— Дай сюда! — Кристина вырвала у него галстук и засунула в сумочку, потом схватила со спинки стула пиджак и швырнула его в лицо Жан-Люку.
Подойдя вплотную к Жилю, она прошипела:
— Если хоть одна живая душа узнает, что здесь произошло — пеняй на себя.
Она потащила мужа к дверям. У лифтов им навстречу попался официант с тележкой.