Сверху что-то грохнуло. Всё, каргонцы прорезали обшивку корпуса и вот-вот ворвутся. Загрохотали выстрелы. Среди них были и автоматные, и более тяжёлые.
Отчаяние подкрадывалось ко мне. Наверное, ребята и продержатся десять минут, даже больше, но каргонцев всё равно наберётся с двух крейсеров гораздо больше. Неожиданно я осознал, что мои действия похожи на бегство: я пытаюсь удрать, а все остаются. Ну, какой из меня герой?! Обыкновенный парень, не многим лучше остальных, в чём-то даже и хуже. Что я из себя тут строю?! Только что же хотел бежать, куда глаза глядят. Шкуру свою спасаю, вот и всё! Бегу, когда остальные сражаются. И дело тут вовсе не в высоких принципах. Мне стало так горько, что хотелось плакать. Насколько жалким я себе казался. Нет, нет же, мои действия не бегство. Я спасал именно то, для чего все мы сюда прибыли! Просто мне тяжело оставлять друзей. Совесть взывает ко мне, мучает меня и проклинает, но сделать этот шаг необходимо…
Последний штрих, и программа самоуничтожения запущена. Теперь даже я не властен что-либо изменить, мосты сожжены. Я заблокировал за собой дверь. Теперь её откроют только динамитом.
– А ну брысь отсюда!
Я обернулся. Кричал кто-то из пехотинцев. В пятидесяти шагах от меня пролегала линия обороны: за цилиндрическим роботом, распахнувшим бронелисты словно крылья, скрывалась целая группа бойцов. Под потолком висели несколько дронов поддержки, напоминающих серебряные шарики. Среди грохота я отчётливо услышал шипящий звук плазменного резака каргонцев.
Я поспешил последовать приказу и нырнул на уровень ниже, а затем спустился ещё на два и оказался у ангара. Здесь царила разруха, пахло горелой проводкой и едким топливом. Повсюду на платформе лежали куски металла, детали, а посреди хаоса стоял разведывательный бот.