А потом, когда она умерла… Не было страшнее несчастья. Он ведь искренне, искренне переживал!..
Сегодня, вероятно, умрет он сам. Ну-ка, какую она ему смерть уготовила? Она, конечно, написала об этом.
Коньяку, сигарету – и дальше читать.
Обвинения, опять обвинения, ну сколько же можно? Да ко всему она его еще представляет каким-то мелким, трясущимся за свою жизнь трусом. Вот это уж несправедливо! Вот это просто клевета! Будто он смерти так боится, что теряет рассудок. Вот уж нет! Разве он боится? Разве он когда-то боялся? Он даже однажды задумал себя убить. И убил бы, если бы… не опомнился. Да и сейчас, когда ему грозит такая опасность, разве боится? Ну да, боится, сейчас боится. Но ведь любой бы на его месте боялся! Это так естественно – бояться смерти. Любой самый храбрый храбрец боится.
Телефон? Вот оно что! Вот какая участь ему уготована! Ему подбросили телефон с взрывным устройством! Очевидно, на вечере, вместе с рукописью подбросили. Как же он не заметил?! И все это время сидел рядом с бомбой, а думал, что в безопасности. Хорошо, что успел дочитать! Ему в любой момент могли позвонить… Нужно срочно избавиться от телефона!
Да где же он? Маленький розовый дамский мобильник-раскладушка – так он должен выглядеть. В кейсе нет. Где же тогда? Подбросили в карман пальто? Тоже нет – ни в карманах, ни за подкладкой.
Раздеться и осмотреть всю свою одежду – вот что нужно сделать…
Он с ума сошел. От страха, от ужаса совершенно перестал соображать. Телефон, конечно, где-то в квартире. Убийца проник и подбросил. Потому и замок заедал. Только как тут все обыщешь, столько вещей! Можно и не успеть.
Ах, какой он дурак! Да ведь если он не ответит, не нажмет кнопку приема, и взрыва никакого не произойдет. Надо только не отвечать – и все. Будут звонить – а он не ответит. Тут ведь так и написано:
«… открыл крышку телефона и нажал на кнопку приема».
А если не открывать и не нажимать…
Но зачем Софья все это так конкретно расписала? Неужели не понимала, что тем самым предупреждает его? Или тут какая-то штука, которую он не может понять? Или она полагала, что он добровольно согласится дать себя убить, следуя ее инструкциям? Ну нет! Он убить себя не даст!
Он понял! О телефоне она написала, чтобы сбить его с толку. На самом деле бомба установлена не в телефоне, а где-нибудь… в каком-нибудь бытовом домашнем приборе. В электрочайнике, в телевизоре, в компьютере или… В обогревателе! Решила повторить шутку. Ха-ха! Смешно, не правда ли? Но ведь как просто все разрешается. Он не будет пить чай, и до телевизора ли ему теперь? И дошутить ей шутку не даст. Первые три главы закончились, а в конце четвертой придется поставить многоточие. Конечно же он доживет до утра, купит домик в деревне, напишет еще много хороших стихов – боль и ужас действительно отличные стимуляторы. Переживший сегодняшнюю ночь, он станет великим поэтом. Нужно только ее пережить…