И все же во всем этом деле слишком много неувязок. Она должна во всем разобраться и только потом принять решение. Ей нужен человек, которому она полностью может доверять.
Линда сняла трубку и набрала номер телефона больницы в Мэриленде. Дежурная сказала ей, что Генри Уолтон не числится в списках пациентов.
– Где еще он может быть? – озабоченно спросил Тони. – Если он был так серьезно ранен… А что, если…
– Нет, – сказала Линда. – Некоторое время сразу после ранения он действительно был в критическом состоянии, но потом начал поправляться. Я разговаривала с ним три недели назад. Он не мог ходить, но все остальное не внушало опасений.
– Я понимаю, что он твой близкий друг, – сочувственно проговорил Тони. – Мне жаль, что все так получилось…
Линда пропустила его слова мимо ушей. Она не нуждается в его сочувствии. Ей все равно, сожалеет он о случившемся или нет. Она вообще не хотела замечать в нем ничего человеческого.
Она позвонила Уолтону на квартиру, но там никто не ответил. У Генри не было жены или постоянной подруги, но сразу после того выстрела, который пробил ему спину, в полушоковом состоянии он произнес одно имя: Рита. Что, если это Рита Крейтон, агент их подразделения? Неужели между Ритой и Генри что-то есть? Рита принимала участие в расследовании того, что произошло в ночь бегства Энтони Каллахэна. Она писала официальный отчет о том, как и почему все это произошло, и пришла к неверному выводу. Тогда Линда поспорила с Ритой, потому что время выстрелов, указанное в отчете, не совпадало с тем, что запомнила она. Но ей не пришло в голову, что это могло быть не результатом небрежности, а преднамеренным обманом. Кто мог сделать это? Неужели Марк Шелтон?
Прошло уже несколько часов после контрольного срока ее связи со штаб-квартирой. Наверняка в агентстве уже знают о взорвавшемся доме и двух погибших. Если она позвонит сейчас Рите и попросит сохранить их разговор в тайне, то, наверное, поставит ее в неловкое положение. Но другого выхода нет.
Линда решительно набрала номер.
– Алло, – ответил хрипловатый мужской голос.
– Генри?
– Да. Это ты, Линда?
– Да.
До нее донеслось полусонное бормотание женщины, видимо спрашивающей, что случилось, и успокаивающие слова Генри о том, что все в порядке и она может спать дальше. Линда никогда раньше не слышала, чтобы Генри говорил с кем-либо таким теплым, ласковым тоном.
Генри был хорошим товарищем и при большом желании мог бы быть обаятельным мужчиной, но обычно он не заботился о том, чтобы привлечь внимание женщин. И когда это он успел так сблизиться с Ритой?