То, как он это сказал, с бесконечной печалью в голосе, заставило меня потерять контроль. Теперь я знала, что у него и правда крайнее состояние. Дон сказал бы мне, что я являюсь занозой в заднице и всегда ею была, но он не стал бы сжимать мое плечо и говорить такие слова с намеком на улыбку.
Все те вещи, которые я собиралась ему рассказать отошли на задний план. Он все время кашлял, объясняя это словами «просто простудился». Мои планы изменились безвозвратно.
Я обняла его, обхватывая руками, чувствуя то, как он похудел, ощущая запах медикаментов, сладостей и болезни. Слезы начали жечь глаза так, что мне пришлось отступить. «Что бы это ни было, вампирская кровь его вылечит» — доказывала я себе, стараясь успокоиться. Конечно, Дон упрямец и никогда не захочет пить немертвую кровь, даже зная, какими силами она обладает.
Что ж, я заставлю его переменить свое мнение на сей счет.
— Я слышала, ты не хотел, чтобы я знала, как ты болен, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос прозвучал мягко, а не истерично, как мне этого хотелось. Очко мне.
— У тебя и так много дел, — ответил Дон.
Я никак не прокомментировала это заявления и беглым взглядом осмотрела комнату. Кровать Дона была типичной больничной койкой, так что можно было поднимать верх и них так, как тебе этого хочется, но кровать уже была отрегулирована. Рядом с кроватью стояли его личные вещи, какие-то бумаги, мобильный телефон и телефон, на который ему звонили из офиса.
— Как это похоже на тебя: все еще работаешь, когда смерть дышит тебе в лицо, — сказала я полушутливым, полу осуждающим голосом.
Мой дядя зловеще посмотрел на меня.
— Может, она и дышит мне в лицо, но из тебя уже все высосала, да?
Я бы посмеялась над его колкостью, только вот мне было не до этого: слишком занята была разглядыванием того, какой серый оттенок приняла его кожа и тем, как медленно и болезненно он двигался, отходя от меня все дальше и дальше.
— Что с тобой такого, что ты попал сюда? — спросила его я, стараясь не выдать в голосе страха, который я испытывала на самом деле.
— Просто сильно простудился.
— Не ври ей, — голос Кости пронесся по комнате и, спустя мгновение, появился он сам. Его темно-карие глаза остановились на Доне.
— Твои возможности не дают тебе право на…
— Мое родство дает мне его, — прервала я Дона, — ты моя семья. Это значит, что я имею право знать. «И если ты мне не скажешь, я использую свой зеленый взгляд на той медсестре, пока она мне все не расскажет», — добавила я, но уже не вслух.
Дон молчала пару минут, переводя взгляд с меня на Кости. Потом его плечи бессильно упали.