— А я проголодался, — сказал вдруг Мозли, ходивший из угла в угол. — Уже вечереет… Мать! — заорал он. — Есть хочется! Ты кормить нас думаешь?
— Сейчас, — отозвалась жена.
Женщины вышли из-за занавески, взялись за посуду.
— Да готовить-то на улицу идите, — сказал Рыжий. — Нечего тут дымить!
Лицо его смягчилось, он широко улыбнулся, подошел к Мэри и с размаху хлопнул ее ниже спины. — Не трусь, старушка! — сказал он. — Все самое страшное уже позади.
Женщины ушли, вскоре с улицы потянуло дымком. Мозли сел за стол.
— Эх, грехи наши тяжкие! — проговорил он. — Что делать будем? Как ты думаешь?
Иван сел напротив.
— Когда она придет в сознание, — он кивнул на Наташку, — вам ничего не будет грозить.
— Это я уже понял, — сказал Мозли.
— А потом вам надо будет уходить отсюда, — сказал Иван. — Теперь это не опасно. Все дороги открыты…
— Нет, — оборвал его Рыжий. — Уходить отсюда ни к чему. У меня дела и здесь найдутся.
Бедный драный мундир, подумал Иван. Придется тебе менять хозяина.
— Я вот о чем думаю, — сказал Мозли. — Почему бы тебе у нас не остаться? Ты бы здорово помог.
И в самом деле, почему бы, подумал Иван. Вошла Мэдж, поставила на стол котелок с горячей похлебкой и вышла, стрельнув в сторону Ивана черными глазками.
— Чем не жена тебе? — спросил Мозли.
И в самом деле, чем не жена, подумал Иван. И краса, и стать, и за генофонд беспокоиться не надо.
— А мне еще рано жениться! — сказал он.
— Жениться никогда не рано, — сказал Рыжий. — Особенно на такой девушке. Было бы можно, сам бы на ней женился. — Он рассмеялся. — Или ты уже женат? — Он кивнул в сторону Наташки. — Так это не страшно. Почему бы не быть двум женам?
— Ревностью друг друга замучают, — сказал Иван. — Впрочем, она мне не жена.
— Ну что же, — сказал Мозли, облегченно вздохнув, — найдем и ей парня. У нас есть отличные ребята, женятся за милую душу… Она, правда, худенькая, но ничего: мы ее подкормим.
И до чего же упорный, подумал Иван. Ишь, сладко поет… Только не хочется мне, Рыжий, у тебя оставаться. Ведь то, чего ты хотел от меня вчера, вчера ты и получил… И потому есть у меня, Рыжий, подозрение, что сегодня я нужен тебе далеко уже не как отец твоих внуков… А оружием я ни в чьих руках быть не собираюсь! И в твоих тоже. Я не лайтинг!
Снова вошла Мэдж с какой-то посудиной в руках, наклонилась над столом. Звериная шкура, в которую она была одета, оттопырилась, и Иван увидел под ней тяжелые круглые груди. Мэдж, перехватив его взгляд, резко выпрямилась и, густо покраснев, исчезла за дверью. Ивана бросило в жар.
Вот так штука, подумал он. Кажется, совсем не дочку Рыжего целовал я сегодня ночью… Или то был сон?.. Ничего себе шуточки: говорят об одной, приводят другую!