Салех расхохотался, но ничего не сказал – дверь распахнулась, и белобрысый громила вместе со своим напарником ввел пожилого мужчину в зеленой чалме и помятом пыльном халате.
– Вот он, Бахтияр. Говорит, Саидом звать, – выпалил блондин по-русски и отступил на шаг, но руку торговца не выпустил, отчего того слегка перекосило. Шайтан покачал головой, потом шевельнул пальцами. Наемники отпустили обладателя зеленой чалмы и встали у дверей, держа оружие наготове. Их командир собрался что-то сказать, но Салех его опередил, заговорив по-арабски:
– Что означает ваша чалма, уважаемый Саид? Вы потомок пророка Мухаммеда или просто совершили хадж в Мекку?
– И то и другое, уважаемый, простите, не знаю вашего имени.
– Можете называть меня Салех, – представился упэбэшник, однако сесть «потомку пророка» не предложил, а лишь полуприкрыл глаза и кивнул Бахтияру. Тот с готовностью взял инициативу в свои руки.
– Так что же, старик, ты делал на этой дороге? Мекка в другой стороне, если я не ошибаюсь?
Тот вежливо поклонился:
– О, господин Бахтияр, я простой торговец, я всего лишь искал покупателей на свой товар…
– Твой товар мне не интересен, – отмахнулся Шайтан, – лучше скажи, ты видел кого-нибудь по пути сюда?
– А кого же я должен был увидеть на горной тропинке? – На лице Саида отразилось неприкрытое удивление. Командир наемников заржал:
– Потомок пророка Мухаммеда, а разговариваешь, как еврей – отвечаешь вопросом на вопрос.
Конец фразы едва не утонул в хохоте – ни Салех, ни наемники у дверей не удержались от смеха. Саид поджал губы, изображая оскорбленную невинность, глянул на татуировку, украшавшую запястье Шайтана, но промолчал. Отсмеявшись, Бахтияр стер ухмылку с лица:
– Ладно, проехали… Меня интересует вот что – не видел ли ты вчера, когда перся на своем ишаке сюда, людей в военной форме и с оружием? Чужих, не сирийцев?
Но «потомок пророка» лишь покачал головой:
– Нет, я никого не видел, кроме моего ослика и ваших воинов, которые меня привели сюда. На всем пути от Эль-Азизии – так называется моя деревня – до вчерашнего вечера я не встретил никого, если не считать автомобилей на шоссе.
Старик замолк. Бахтияр задумчиво на него посмотрел и протянул:
– Не видел, значит, никого… Ну что ж, тогда мне придется тебя расстрелять…
Громилы у двери перестали улыбаться и напряглись.
– Но зачем же меня убивать? – Испуг и изумление сквозили в каждом слове бродячего торговца.
– Зачем? – теперь уже командир «эскадрона смерти» изображал удивление. – А затем, что ты не знаешь ничего, за что мог бы купить себе жизнь. Товары мне твои не нужны. Зато ты видел меня, мой дом и моих людей – то, чего ты никак не должен был видеть. И если ты умрешь – мне будет… как-то спокойнее.