— Не знаю, — печально пробормотала Дженни.
— Вернуть Дориану материнскую заботу у нас не получится. Если он узнает, что мы навещали Вирджинию, еще перестанет нам доверять. Может, вообще не будем рассказывать ему о нашей неудавшейся задумке?
— Наверное, это будет правильнее всего! — воскликнула Дженни.
В субботу вечером Дориан явился к Дженифер с двумя огромными горячими пиццами.
— Вот видишь, иногда и у меня получается быть непредсказуемым! — объявил он, проходя в гостиную вслед за Дженни.
— Вижу, — ответила та, улыбаясь.
Радость, вызванная в ней неожиданным появлением Дориана, омрачали в этот субботний вечер свежие воспоминания о визите к Вирджинии. Ее так и подмывало все ему рассказать, но она не решалась, боясь лишь усугубить его страдания. Он не осуждал свою мать и скорее всего не желал слышать о ней ничего плохого.
Дженифер терзалась сомнениями и тревогами, необходимость утаивать что-то от любимого мужчины сводила ее с ума. Но она твердила себе, что вскоре все забудется и Дориан вряд ли узнает о ее знакомстве с его матерью.
Вымыв руки, Дориан принес из кухни ножик, развернул обе пиццы, разрезал их на части и, притянув к себе Дженни, чмокнул ее в лоб.
— Я звонил тебе часа два назад, хотел предупредить, что позабочусь об ужине. Ты не ответила, наверное, куда-то уходила?
Девушка обняла его за плечи.
— Да, меня не было. Но к приготовлению ужина я еще не приступала, поэтому очень благодарна тебе за пиццу.
Дориан крепче прижал ее к себе, и ей вдруг ужасно захотелось повернуть время вспять. Если бы это было возможно, она даже не узнавала бы ни имени, ни адреса его матери. И тогда с легким сердцем наслаждалась бы сейчас его близостью, его сладкими объятиями…
К сожалению, чудес не бывает, подумала она с горечью. Этот проклятый визит к его сумасшедшей мамочке не вычеркнешь ни из прошлого, ни хотя бы из памяти.
Неожиданно ей стали понятны его переживания, связанные с ее тайным поклонником. Он стремился защитить ее, оградить от бед. Так же и она сейчас мечтала навсегда спасти его от безумной Вирджинии, а еще от живших в нем опасений, порожденных ею: наверняка в поведении каждой из женщин он невольно старался разглядеть какое-то отклонение от нормы.
Приподнявшись на цыпочки, Дженни нежно поцеловала его в губы и прошептала:
— Если мы сейчас же не приступим к ужину, он остынет.
Дориан кивнул, усадил ее на диван, придвинул к нему столик и, взяв кусок пиццы, поднес ко рту девушки.
Она с удовольствием откусила кусочек.
— Знаешь, а мне все это начинает нравиться, — признался он.
— Романтические отношения — иногда это не так уж и плохо! — воскликнула Дженни.