Командир подводной лодки «Морской волк» стратегических сил Марса
Суперкоманданте первого ранга Ламипет
– И что это за стратегические силы Марса? Это шутка или правда, и кто такой Команданте Ламипет? Какие-то марсиане нам помогают, да кто поверит, если мы будем докладывать наверх, нас сочтут сумасшедшими. Хоть я и читал «Аэлиту» и даже «Войну миров» Герберта Уэллса, но я не верю ни в каких марсиан. А вы сами что думаете об этом?
– Я затрудняюсь что-либо предположить. Мне кажется, они таким способом хотят привлечь к себе наше внимание. При удобном случае они сами объявятся и заявят о себе. И вот тогда мы узнаем о них все.
– Хорошо, давайте подождем, как будут развиваться события дальше, все равно от нас ничего не зависит.
– Надо попробовать связаться с ними по радио, они наверняка нас прослушивают и нам ответят.
– Интересно, на каком языке вы собираетесь с ними связываться?
– Как на каком? На русском, немецком и даже на английском, товарищ старший майор.
– Так и немцы могут перехватить и прочитать.
– Ну и пусть читают, мы конкретно ничего такого передавать не будем. Так, намеки о том, что мы о них уже знаем и готовы идти на контакт.
– Ну что ж, попробуйте связаться с ними, Павел Алексеевич.
– Я вот что подумал, а может, это какие-то патриотические силы германских моряков, они подняли бунт, захватили несколько подводных лодок и теперь помогают нам. Они не хотят участвовать в этой гитлеровской авантюре с нападением на первое рабоче-крестьянское государство и в знак солидарности помогают нам.
– Александр Михайлович, а вы сами-то верите в это? Чего тогда они ждали больше года и только сейчас подняли бунт?
– Ждали подходящего момента, товарищ контрадмирал, а вы что, не предполагаете подобного развития истории?
– Ой! С трудом. Тем более речь идет о немецких подводниках – самых проверенных и преданных Гитлеру солдатах. Никогда не поверю.
– Тогда кто?
– Думаю, скоро мы это узнаем.
– Я тут подумал, не могли они нам помочь предотвратить нападение на конвой, который перевозил заключенных, чтобы не пришлось ликвидировать, во избежание их перебежки к немцам, ведь это почти триста рабочих рук.
– А без этого разве нельзя было? Вам только пострелять. Да они немцам на хрен не нужны. Что, теперь стало жалко триста человек, отправленных на корм рыбам. Все свободны, а я на доклад к командующему.
Через два часа из штаба Северного флота ушли две радиограммы, одна в Наркомат Военно-морского флота, другая – наркому внутренних дел.
Глава девятая
Карское море
Подводная лодка приближалась к Диксону. Прошло уже четверо суток, после того как она ушла из пролива Костин Шар, но командир дождался прихода советских кораблей в точку, где находилась немецкая субмарина U-456. Это случилось через четыре часа после торпедирования, в течение которых немцы пытались устранить полученные повреждения, пытаясь связаться со своими, но не могли, поскольку все частоты кто-то глушил. Но вот подошли два вооруженных траулера, немцы бросили ремонт и попробовали отстреливаться, надеясь на свое орудие. Траулеры разделились, один из них стал заходить с кормы, другой сбоку, не слишком близко, не подставляясь под снаряды более мощного орудия. Второй же подобрался поближе, его снарядики хотя и падали с недолетом, но немцев нервировали, им нечем было ответить, на корме нет орудий. Как только лодка начинала чуть-чуть отклоняться в сторону второго траулера, наскакивал первый. Так они кружили часа полтора вокруг лодки, та огрызалась, пока не прилетели два ДБ-3Т и один ГСТ и «причесали» из пулеметов верхнюю палубу лодки. С траулеров замигали, что-то передавая на лодку. В течение десяти минут ничего не происходило, но вот над лодкой появилось белое полотнище. Она сдавалась. Первая подлодка и вообще первый боевой корабль военно-морского флота противника, захваченный в плен. Кто-то за это получит высокие правительственные награды. Одна из «Каталин» заметила что-то в воде – очень большая тень уходила на глубину. Но что это было – подлодка, ну очень большая, или косяк рыбы – экипаж самолета не мог точно определить. В этот момент все внимание уделялось подлодке на поверхности, а тень наблюдалась только мгновение.