– А почему не в пище? Птица могла испортиться до того, как ее приготовили.
– Да она и близко не лежала рядом с лавкой аптекаря, где этот чокнутый мальчишка мог отравить ее.
Джон навострил уши.
– Вы хотите сказать, что вино было оттуда?
– Ну, разумеется, откуда же еще! Николас дал мне порошок для раны на шее и велел запивать каждую дозу этим особым вином, в котором якобы содержались какие-то лечебные примеси, усиливающие действие травы.
Джон задумался над тем, почему Николас ни словом не обмолвился о вине – хотя если в нем не было токсинов, особой роли это не играло.
Годфри поднял голову и взглянул на него.
– Вы пришли сюда только для того, чтобы справиться о моем здоровье?
После того как коронер высказал предложение устроить очную ставку между ним и Кристиной, последовал ожидаемый взрыв негодования. Ему понадобилось много времени, чтобы убедить Фитцосберна в том, что единственный способ рассеять подозрения – это доказать, что девушка не признает в нем насильника. Если Годфри действительно невиновен, как он неоднократно утверждал, то подобное свидание только в его интересах.
В конце концов Годфри неохотно согласился, поставив условие, чтобы при очной ставке не присутствовали другие члены семьи Риффордов, а также не было никого из семейства Джозефа из Топшема. Они договорились, что девушка придет в двенадцать часов, и Джон ушел, бросив подозрительный взгляд на Альфреда и Гарта, трудившихся в душной и задымленной мастерской, где вовсю горела плавильная печь.
Следующий свой визит он нанес в дом Риффорда, где объяснил Генри и Кристине условия своей договоренности с Фитцосберном. Старая тетка Бернис отведет девушку к Матильде, а там Джон с супругой проводят ее в соседний дом. У Риффордов торчал Эдгар, и они с Генри весьма неохотно смирились с тем, что их исключили из депутации, которая отправится на Мартин-лейн, но Джон настоял на этом, заверив их, что Фитцосберн не станет сотрудничать в их присутствии.
Затем коронер направился в свою комнату в замке Рогмонт и выслушал Гвина и Томаса, которые рассказали ему о новых делах, требовавших его внимания. Остаток утра прошел за осмотром тела мальчишки, свалившегося в мельничный лоток на реке, – его тело выловили из воды неподалеку от ткацкой фабрики.
Вернувшись домой, Джон, к своему неудовольствию, обнаружил там своего шурина в компании Матильды и Кристины. Каким-то образом шериф пронюхал об очной ставке и явился выразить протест, по-прежнему выступая в роли ангела-хранителя гильдейского мастера.
– По какому праву ты полагаешь, что можешь так поступать? – накинулся он на Джона, стоя в его зале в своей модной зеленой накидке, наброшенной на одно плечо, и выставляя напоказ поддетую под нее желтую тунику.