— К сожалению, не видел.
— Жаль. Программа имеет очень высокий рейтинг.
Ее продюсер никак не мог до вас дозвониться, поэтому пришлось это сделать мне.
— Григорий Иванович, все это очень интересно… Но и не все так просто. Мне хотелось бы сначала поговорить с женой.
— Разумеется, о чем разговор!
— Мы с женой в Москву переехали недавно, сами понимаете, она в столице толком еще не освоилась…
— Ни о чем не беспокойтесь! Наш режиссер Галя Сальникова очень щепетильна в этом плане! Всегда корректна, доброжелательна и ничуть вашу очаровательную супругу не стеснит и не поставит в неловкое положение. И потом, это же в записи, вы предварительно сами все посмотрите, и мы учтем все ваши замечания и пожелания.
Анисимов молчал, раздумывая, в трубке было слышно его дыхание.
— Ну хорошо, я поговорю с ней… Надо хоть подготовиться, прибраться. А это срочно нужно?
— Уже стоит в сетке на следующую неделю, — виновато сказал Забельский. — Мы просто долго не могли с вами связаться.
— Хорошо, вам передадут в ближайшие дни. До свидания.
Начальник службы безопасности внимательно смотрел на торжествующего босса, отключившего телефон.
— Вот так это делается! — самодовольно изрек тот. — Учись, Федя!
Колобов промолчал, думая про себя, потом спросил:
— Похоже, вы уже прослушали разговор Корецкого с Агеевым?
— И не один раз… — Григорий Иванович поднял вверх указательный палец.
— И ваше мнение?
— А ты, Федя, уже все знаешь! — Забельский кивнул на телефонный аппарат. — Это и есть мой ответный ход.
Колобов молча разглядывал его. Если Забельский себе на уме, секретничает, значит, действительно придумал что-то стоящее. Поэтому лучше не спрашивать: сам потом не утерпит и все доложит.
Послышался новый звонок, и Григорий Иванович нетерпеливо схватил трубку.
— Это мне, — спокойно сказал Колобов, включая свой сотовый. — Алло…
— Извини, запутаешься с этими мобильными, сотовыми… — пробормотал Забельский, барабаня пальцами по столу. — Раньше куда проще было.
— Я слушаю, — повторил Колобов.
— Долотин Всеволод Игнатьевич вас беспокоит… Здравствуйте.
— Здравствуй, Сева, извини, не сразу узнал. А все потому что ты давно не звонил…
— Так не о чем было особенно звонить, — сказал Долотин. — Извини, много говорить не могу, звоню тебе прямо из редакции. Короче, завтра утром Бородин срочно уезжает в командировку в Тверскую область. В какую-то Дмитрову Гору, так поселок называется. Что, зачем, почему, никто здесь ничего не знает. Писем или сообщений в редакцию оттуда не поступало. Это я проверил. Он же у нас все больше по верхам, по начальникам или прокурорам… Говорят только, будто о чем-то долго говорил с главным редактором, очень просил его, а уж потом последовало распоряжение выписать ему туда командировку на три дня. Но командировочных ему не дали, что тоже странно. Вроде поехал туда за свой счет… Больше не могу разговаривать…