— Надеюсь, мы также сможем иметь дружеские отношения? — воскликнул вдруг Патрик Дойл, удостоившись благосклонного кивка старшего товарища вкупе с его недовольным взглядом.
— Возможно, — учтиво ответил Брайан. — Чьи интересы вы представляете, господа?
— Бога и короля! — вновь воскликнул Патрик, снова проявив свою нетактичность.
Тут уже и Белов с неудовольствием посмотрел на Дойла. Тассер немедленно, говоря лишь одними губами, приказал молодому компаньону впредь держать язык за зубами.
— Как сказал мой друг, — продолжил Томас, — мы представляем интересы короля Англии, Шотландии, Ирландии и островов Карла Стюарта.
— Насколько мне известно, в данный момент у Карла большие трудности? — сказал ангарец, внимательно наблюдая за британцем.
— Проблемы немалые, но наш король сможет призвать себе удачу. Поражения мы не потерпели, — спокойно отвечал Томас.
— В таком случае вам следует беречь своего короля и не позволять ему рисковать собой. Ибо он — это то знамя, которое вы несёте. Попробуйте договориться с ирландцами, шотландцами.
— Так что насчёт ваших мушкетов? — Тассер впервые проявил нетерпение, чем выдал своё волнение.
— Касательно нашего оружия, — проговорил Белов. — Я напишу письмо моему князю, вполне возможно, что мы сможем начать поставлять вам мушкеты. Но для этого нам необходимо спокойствие на Балтике. А оно будет обеспечено после победы Дании над Шведским королевством. — И ангарец встал со стула, показывая, что время встречи истекло.
— Анна, мать нашего короля, датская принцесса, — вставая, проговорил Томас, — и король Карл вряд ли будет желать поражения отечеству своей уважаемой матери.
— Время покажет, дорогой друг Томас, — позволил себе некую снисходительность Брайан, провожая того до дверей. — Наше сотрудничество будет возможно только после установления мира на Балтике, — напомнил ангарец уже вышедшим из кабинета британцам.
Внешний двор замка был залит ярким солнечным светом, игравшим бликами на окошках низких домиков, стоявших там. Немногочисленные внутри укреплений деревья лениво шумели листвой в угоду мягкому ветерку, дующему с гавани время от времени. А вездесущие воробьи, стайками скачущие по вымощенной камнем мостовой, чирикали громко и весело. Уж им-то было не до человеческих проблем.
Открыв окно, Брайан проводил взглядом англичан, сопровождаемых дружинниками до мостика над заполненным водою рвом, после чего снова сел за стол. Взявшись за карандаш, Белов ещё раз прокрутил в уме весь разговор с британцами и, вздохнув, принялся писать отчёт о переговорах. Опираясь на него, Брайан планировал чуть позже написать в Ангарск более развёрнутое послание, присовокупив своё мнение по вопросу возможного сотрудничества с роялистами.