Стамбул, вызвав там несколько очагов пожаров, что казакам было на руку.
Только вот радоваться им было некогда. Часть казацких галер и трофейных шебек в момент взрыва была к нему куда ближе стамбульских стен. Взрывные волны, одна за другой, порвали им паруса и снасти, сбили реи. Две шебеки были засыпаны горящими обломками, а призовые команды на них контужены взрывами, так что пришлось эти трофеи бросить. Вовремя не начатое тушение пожаров теперь стало явно бесполезным. Некоторые из казаков потеряли сознание, другие были оглушены, у многих пошла кровь из носов и ушей. Неудачно ставшую рядом с гигантами галеру не только лишило реи, но и проломило борт. Искалеченное судно пришлось в спешном порядке покинуть: с проломленным бортом и пожаром на палубе не справились бы и опытнейшие в морских делах голландцы. Всего при взрывах гигантов погибло и пропало без вести более двадцати казаков, ещё несколько десятков временно утратили боеспособность из-за ран и контузий. Атаманы смогли лично убедиться в боевой мощи больших кораблей, способных нанести немалый урон врагу даже своей гибелью.
Эскадре Васюринского дел на море хватило на всю операцию. Стамбул был в те времена одним из крупнейших торговых портов мира, ежедневно в нём пребывало около сотни "купцов", выпускать такие трофеи не хотелось.
Уйти смогли только самые сообразительные и удачливые капитаны, сбежавшие в самом начале штурма. Зачастую бросив на берегу немалую часть своих матросов. Среди ушедших судов было и несколько шебек.
Остававшиеся на них для охраны люди плюнув на гулявших в городе своих боевых товарищей, сумели вытащить (обрубить) якоря и поднять паруса.
Равномерно дувший в это время норд-норд-ост создавал для такого бегства прекрасные условия. Эти суда не смогли бы вести бой, но для короткого плавания им людей могло хватить.
Если османские корабли не были готовы к бою и стали лёгкой добычей, то часть артиллерийских расчётов на стенах Стамбула возле портов изготовилась к стрельбе очень быстро. Основные потери казаков поначалу были именно от их точного огня. Вступать в артиллерийскую дуэль с топчи (капыкуллу-пушкарями), палившими с башен из больших орудий, пушечками каторг было глупо. Злясь, матерясь и досадуя, казаки отводили под этим огнём свои и трофейные суда из зоны поражения османских пушек. В конце концов, они сюда не подыхать, а грабить прибыли. Хотя по планам старшины многих взяли на корабли именно для этого, для геройской смерти в боях с лютыми врагами. Сражение с многократно превосходившим их вражеским флотом казаки выиграли с мизерными потерями и огромными трофеями.