— Ну, давай, — произнес он, — выкладывай. Судя по взгляду, ты что-то затеяла. — По-прежнему склонившись над столом, он одарил ее неповторимой улыбкой, которая была теплой, радостной и располагающей.
Она вздохнула:
— Я знаю, что говорила тебе, что принимаю противозачаточные таблетки…
Ей не следовало продолжать. Выражение лица Куина уже изменилось. Он сильнее нахмурился, морщины на его лбу стали отчетливее.
— Я знаю, это было только один раз… — продолжала она.
— Когда страсть оказалась сильнее осторожности? — Куин выпрямился.
«Можно сказать и так», — подумала Маджента, начиная беспокоиться. Она не могла понять реакцию Куина. Было невозможно догадаться, о чем он думает.
— Ты беременна?
— Да. — Хотя они стали очень близки друг другу за последнее время, сейчас Куин оказался ей чужаком. — Мне ничего от тебя не нужно.
— Почему нет?
Подобного вопроса она не ожидала.
— Потому что я могу справиться самостоятельно.
— Итак, ты от меня отрекаешься?
— Я просто не хочу быть от кого-то зависимой.
— Значит, я отец твоего ребенка, а ты предпочитаешь, чтобы я не вмешивался в твою жизнь.
— Мне очень жаль, если ты так воспринял мои слова. Я не это имела в виду.
— А что ты имела в виду?
— Ты просто должен поверить мне на слово.
— Так же, как я поверил тебе, когда ты сказала, что принимаешь противозачаточные таблетки?
— Разве мы не в равной степени ответственны за то, что случилось? — Маджента начинала сердиться.
— Ну конечно, мы ответственны, Маджента, и я с радостью возьму на себя всю ответственность. Жаль только, что ты мне лжешь.
— Я с тобой откровенна.
— Разве? Я чувствую, ты что-то скрываешь.
— Я могу объяснить…
Однако Маджента ничего не могла объяснить Куину. Разве можно объяснить то, чего не понимаешь? Как она могла сказать Куину, что все происходит во сне и она может проснуться в любой момент и узнать, что в реальности все иначе?
Куин раздраженно хмыкнул, заставляя Мадженту поторопиться с объяснением.
— Почему бы тебе не рассказать мне, что на самом деле у тебя на уме?
Куин ждал ответа, но она молчала. «Я вижу сон! — хотелось ей крикнуть. — Я стала пленницей сна и не могу вырваться из него».
— Беременность стала для меня шоком, — только и произнесла Маджента.
— Шок? — спросил Куин. — Мы говорим о ребенке. Как ты можешь говорить, что новость о ребенке стала для тебя шоком? И этим ты хочешь меня успокоить?
— Я справлюсь одна.
— Не сомневаюсь, — сердито сказал Куин. — Но это и мой ребенок, Маджента. Ты действительно хочешь, чтобы я ушел в тень и позволил тебе принимать все решения?
Она и подумать не могла, что Куин захочет стать отцом. Она не представляла, что он решит взять на себя ответственность за ребенка.