Благородные люди так не дерутся. Это удел простонародья. Но, видимо, Юстас совсем потерял голову, раз вцепился руками в горло отца и стал его душить. Но Стефан был не только рыцарем, обученным сражаться с мечом, — он был сильным мужчиной. Поэтому резкими ударами под ребра король заставил сына ослабить хватку и, в свою очередь, ударил его кулаком в лицо. И началось…
Милдрэд все же успела увернуться, когда они упали на пол и стали кататься по нему, сминая ковры и налетая на мебель. Молодая женщина смотрела на них расширенными глазами, не понимая, почему она не испытывает торжества… почему ее обуревают лишь страх и омерзение.
Из-за двери доносился шум, но никто не смел войти. Было слышно, как кто-то велел позвать епископа Генри. Но успеет ли он, ибо Юстас уже подмял под себя короля и сильно бил его по голове, по груди, а затем опять стал душить.
Дверь все же распахнулась, и в покой вбежал черный дог Стефана. Он зашелся лаем, который стих, переходя на глухое рычание, когда он схватил Юстаса сзади за шею. Принц закричал, упал на отца, и тот стал из-под него выбираться.
— Назад, Фальк, назад!
Но в комнату уже вбежали стражники, оттащили собаку. Вместе со всеми вошел, прихрамывая, и Хорса, помог Юстасу встать.
Король тоже поднялся, стоял, тяжело дыша и приглаживая растрепанные волосы, одергивал разорванное оплечье камзола. Он первый взял себя в руки, и, когда заговорил, голос его звучал уже спокойно:
— Никому ни слова о том, что видели. Эй, отведите его высочество в колокольную башню. Пусть побудет там некоторое время, пока я решу, как быть. О, и наш дражайший братец Генри прибыл! Что ж, думаю, когда Юстас успокоится, вам следует прочитать ему проповедь о смирении.
— Ко всем чертям! — рванувшись, заорал Юстас, но Хорса все же смог удержать его.
Когда Юстаса выводили, Хорса тоже хотел выйти, но король остановил его.
— Эй, ты! Мой приказ тебе…
Тут он замолк, будто в размышлении. Стефан все еще тяжело дышал и гневно смотрел на Милдрэд. Так ей показалось. Она попятилась, стащила с постели расшитое покрывало и укуталась в него. Ибо теперь на нее было устремлено множество взглядов. Даже Юстас обернулся в дверях.
— Сэр Хорса, отвезешь леди Милдрэд Гронвудскую в аббатство Бери-Сент-Эдмундс в Восточной Англии. Думаю, там ей будет о чем подумать.
— Ты не смеешь! — Юстас хотел вернуться, но его удержали, и он лишь добавил, глядя исподлобья на отца: — Я не отдам ее!
— Я — король! — гаркнул Стефан. — Ты должен подчиняться мне! А вы все… Делайте, что я приказал!
Когда принца увели, вышла и Милдрэд. За ней, ни на шаг не отставая, прихрамывал Хорса.