Фелипе болезненно поморщился. Воспоминания до сих пор доставляют ему страдания. Но может быть, настало время проветрить спрятанные в шкафу скелеты? А то и вовсе избавиться от призраков прошлого? Возможно, пришла пора действовать?
Ах, если бы знать ответ…
Фелипе подошел к бару, налил себе полстакана бурбона и тут же опрокинул в рот. Влага обожгла горло, зато спугнула насмешливый голос подсознания. Давно пора прекратить сравнивать себя с отцом и терзаться воспоминаниями. Нужно поступать так, как велит сердце.
Решительно подойдя к телефону, Фелипе набрал номер Бейнов, причем сделал это по памяти, потому что совершал подобное действие много раз, но, услышав гудок, бросал трубку.
— Лина, это Фелипе Рабаль. Джессика дома?
Оказалось, что нет. Она отправилась в город на прием к врачу.
— Что с ней? — с беспокойством спросил Фелипе.
Лина не отвечала. Молчание подозрительно затянулось, и вдруг он сообразил.
— Она беременна, — констатировал он почти шепотом. — И не хочет сообщать мне.
— Я ничего вам не говорила! — испуганно воскликнула Лина. — Джессика убьет меня, если узнает…
— Разумеется, ты не обмолвилась ни словечком. Мне начинает казаться, что я и сам давно обо всем знал.
Первый день нового года выдался дождливым. Впрочем, как и три предыдущих. Пока Джессика добралась до конюшни, на ее сапоги налипли комья грязи. Она распахнула дверь… и застыла как громом пораженная. Там, беседуя с Хосе, стоял Фелипе.
Он здесь, на конезаводе! Невероятно…
Коленки Джессики дрогнули, и она прислонилась к двери, прижав ладони к ее грубо обработанной деревянной поверхности.
Фелипе разговаривал с Хосе и пока не замечал Джессики. Она же рассматривала его с живейшим интересом. Он был одет в темные рубашку, джинсы и каждодневный пиджак. Его почти черные волосы отросли, и он стал еще красивее и притягательнее.
Неожиданно Хосе взглянул в сторону двери, где стояла Джессика. Фелипе тоже повернул голову. В его глазах на миг вспыхнуло пламя.
Он ничего не забыл.
Осознание этого наполнило Джессику радостью и желанием. Ей до боли захотелось броситься в объятия Фелипе, слиться с ним и снова стать единым целым…
Губы Джессики приоткрылись. Она хотела что-то сказать, но потом вспомнила, что развело их в разные стороны.
Брак, семья, дети. Дети…
Фелипе направился к ней, быстро сокращая расстояние. Приблизившись вплотную, он наклонился и поочередно поцеловал ее в обе щеки.
Она ощутила знакомый запах одеколона и положила ладони на лацканы пиджака, будто собираясь отстранить Фелипе, но ее пальцы почти ласкали шерстяную ткань.
— Джессика…