Глава 11
Фруктовый овощ огородного разлива
Мы существуем в безмерно малом фокусе бытия. Вот я вижу человека – просто случайного на улице, он уходит, и я понимаю, что мы никогда больше не встретимся. И я ничего не буду знать о его судьбе, а он о моей. И не то чтобы мне хотелось его догнать, но на душе становится тоскливо.
Из записной книжки Ирки
– Куда грязь потащил на чистый пол? Убью-ю!
Добряк заскулил и полез прятаться под стол. Он сильно прихрамывал на правую переднюю лапу, которая никак не срасталась. Варвара ее гипсовала – он срывал гипс. Делала шину – разгрызал. Пришлось покупать специальный воротник, мешавший разлизывать рану, но ненависть пса к воротнику была так велика, что он едва в нем не удавился.
Под столом Добряк оказался не одинок. Там уже лежал Корнелий, дожидавшийся, пока Варвара закончит уборку. Связной света удобно устроился на туристическом коврике и подложил под голову книгу. Где-то наверху плескала вода, двигалась мебель, что-то обрушивалось, грохотало. Мелькали джинсовые ноги и тесак на бедре.
С того дня, как в переходе побывали стражи мрака, связному все время казалось, что вот-вот дверь слетит с петель, и все повторится. Он не расставался с флейтой и отрабатывал атакующие маголодии. Во сне беспокойно ворочался, стучал коленками об стену и вскрикивал: «На шесть и по хлопку!» Тревожно, очень тревожно было Корнелию! Его грызли скверные предчувствия.
Он с удовольствием переселил бы гражданку Гормост в другое место, однако та наотрез отказалась уходить из подземного перехода.
– Это мой дом! Понял? Сам живи в своих паршивых вагонах на Курской или обжигай брюхо в коллекторе! Ты там хоть когда-нибудь был? С трубами обнимался?
– Варя, это необязательно. Мы найдем другое место!
– Бабушка твоя Варя! Я Варвара! Сказано тебе «нет»! Я здесь жила, живу и буду жить! Обломайся!
Эссиорх, к которому Корнелий прибежал за сочувствием, утешать его не стал. Он стоял у деревянного забора и метал в него отвертку. У хранителя как раз был временный период недовольства собой, связанный с тем, что не он тянет Улиту к свету, а она затягивает его в самый безнадежный, скучный и тоскливый быт. Способов объяснить ей что-либо и вырваться, да таких, чтобы они не граничили с подлостью, нет.
– Будем смотреть на вещи трезво. Пока у Варвары есть эйдос, мрак отыщет ее где угодно. Переход не самое плохое место. Все-таки центр города, а над «Боровицкой» всегда курсирует боевая двойка златокрылых, – сказал он.