Нергаль поднялся, снял с вешалки шляпу и трость. Тайный советник попытался вскочить следом, но черный кардинал удержал его движением руки:
— Пейте свое пиво, Серпина, у вас есть, о чем поразмыслить в одиночестве. К примеру, неплохо было бы привить вашему поднадзорному обостренное чувство совестливости и ответственности за весь русский народ — это как нельзя лучше доводит человека до состояния полной депрессии от собственного бессилия. Да, и подумайте о том, не стоит ли эпизод с Андреем ввести задним числом в христианскую мифологию. Мне всегда казалось, что ей не хватает красочных, а главное, подлинных фактов…
Андрей открыл глаза. Небо над головой было бесконечно глубоким, но его яркая дневная синева уже пропиталась темными тонами близкой ночи. Розовая краска заката акварелью расползалась по дышащему влагой серо-фиолетовому фронту надвигавшейся грозы. Где-то на окраине Москвы уже слышались раскаты далекого грома. Голова гудела, как медный колокол. Боковым зрением Андрей видел сидевшего рядом сухонького, в возрасте, мужичка, подвижным, морщинистым лицом напоминавшего обезьянку. Дальний родственник хвостатых смотрел на него во все глаза и почему-то быстро и мелко крестился. Бледные губы беззвучно повторяли: свят! свят! свят!.. Поодаль, за спиной мужичка, бесформенной глыбой лежал на траве вихрастый юноша. Он спал, то и дело всхрапывая и что-то бурно, но неразборчиво лопоча. Андрей поморщился, приподнялся на локте. От долгого лежания в неудобной позе все тело ныло и казалось скованным и чужим.
— Ты кто?
Мужичок не ответил, казалось, он вообще потерял дар речи. Во взгляде карих глаз стоял испуг.
— Я спрашиваю, имя у тебя есть? — Андрей с трудом поднялся на ноги, сделал для разминки несколько наклонов.
— Ты что, Андрюха, не узнаешь, что ли? Мырло я, Мырло! — Мужик как-то боком, не отрывая тощего зада от земли, отполз к продолжавшему храпеть парню.
— Мырло?.. Странное имя! — пожал плечами Андрей. — А это что за отдыхающий фавн?
— Ну, ты даешь! — не смог скрыть своего удивления Мырло. — Это ж Павлик, Павлик Морозов! У тебя что, память, что ли, отшибло? А ведь я тебя предупреждал, что слаб ты и алкоголика из тебя не получится…
Андрей с прищуром смотрел на мужчину, но тут произошло нечто странное. Мырло энергично вскочил на ноги и, распахнув костлявые объятия, бросился вперед, как если бы норовил его, Андрея, поймать.
— Андрюха! — кричал он. — Живой! Радость-то какая! А мы, грешным делом, мы тебя того…
С разбега Мырло приник к телу Андрея, попытался лобызнуть его в щеку. Пойманный в объятия мужественно переждал первую вспышку эмоций и аккуратно отодвинул целовальника на расстояние вытянутых рук.