Но ее глаза не были закрыты.
И она ничего не пропустила.
Правда ошеломила ее. Внезапное появление Виктора совпало с появлением Венеры. Он обладал мощной аурой. Он говорил странно, старомодно, что могло свидетельствовать о хорошем образовании и, может быть, о том, что он много времени проводил за границей, — но могло значить и нечто совсем другое. И, сверх всего прочего, он отлично знал античные мифы и предания.
Виктор прижимался носом к ее шее и целовал, шепча что-то нежное, ласковое, и Пия кожей ощущала его слова...
— Кто ты такой? — внезапно спросила она.
Ее голос прозвучал ровно и настойчиво. Но ослабевший после оргазма Виктор — или как уж там его звали, черт знает! — похоже, не заметил этого. Он продолжал тереться лицом о ее шею и бормотать:
— Мужчина, который тебя любит, малышка...
— Дерьмо собачье!
Это его проняло. Он резко отодвинулся от нее, увидел напрягшееся тело Пии и понял, что она не шутит. Тревожно нахмурившись, он медленно сполз с нее. Пия проигнорировала теплое, сексуальное ощущение, возникшее при движении его тела.
— Пия?..
— Ты не простой смертный человек!
Она произнесла это очень громко и тут же увидела в его глазах изумление... не изумление типа «Какого черта?», а изумленный вопрос: «Как, черт побери, она догадалась?!» — и сразу поняла, что ее инстинктивное подозрение оказалось верным. Он не был похож на других мужчин, потому что он и не был обычным мужчиной.
— Кто ты такой? — повторила Пия.
Она скрестила руки на обнаженной груди, — но не потому, что хотела спрятаться от него. Нет, не хотела. Просто она ужасно разозлилась.
— Почему ты спрашиваешь это? Почему ты не веришь, что я обычный смертный?
— Ладно. Пожалуйста. Объясню. Когда ты дошел до оргазма, огни вон тех свечей взлетели до потолка, как миниатюрные фейерверки. А это. Не. Нормально.
Расстроенный, он сел на кровати.
— Правда? Свечки такое проделали?
— Ох, а я не упомянула о том, что их огни лизали и стены, и потолок, но при этом почему-то ничего не загорелось?
Вулкан исподтишка глянул через плечо на свечи, как будто не хотел, чтобы они заметили его взгляд.
— А это действительно ненормально?
— Ты и сам знаешь, что нет.
— Я не знал, что они собираются выкинуть такой фокус. Такого никогда прежде со мной не случалось. — Он попытался улыбнуться. — Но я рад, что они ничего не подожгли.
Пия отвергла его попытку уменьшить возникшее между ними напряжение.
— И ты думаешь, я поверю, что ты никогда прежде не занимался сексом?
— Конечно занимался. Я имел в виду совсем другое. Я хотел сказать, я никогда прежде не любил и потому просто не знал, что любой огонь в моем присутствии... э-э... откликнется на силу моих чувств.