— Я бог огня. Мои владения находятся в самых недрах горы Олимп. У себя в кузнице я поддерживаю огонь, который согревает землю Древнего мира. И еще я работаю с металлами — то есть делаю то, что обычно ассоциируется с кузницей.
— Так значит, все было ложью... — Пие стало совсем плохо.
— Нет, не говори так!
Вулкан взглянул на свечи, чтобы удостовериться, что они ведут себя прилично, и лишь после этого продолжил:
— Я только скрыл свое имя, но это и все! Я действительно работаю с огнем. И я наблюдал за тобой. И я люблю тебя.
Пия покачала головой.
— Я не об этом. Я имела в виду то, что ты говорил о... ну, о том, что ты — отверженный, что ты ни с кем не связан. Но ты же бог! Один из бессмертных! Я знаю Венеру... я знаю, как блистательны вы, олимпийцы...
Пия прикусила губу, решительно запрещая себе плакать, и завернулась в простыню. Плохо уже и то, что он видел ее неприкрытые чувства. Она не умела их прятать, но простыня хотя бы скроет ее обнаженное тело.
— Это ведь означает, что ты прикидываешься похожим на меня!
— Но я и есть такой же, как ты! Я не прикидывался. Посмотри на меня! — Вулкан встал рядом с кроватью, выпрямившись во весь рост. — Взгляни на меня внимательно. У меня кривая нога; я хромой! И сравни мое несовершенство с ослепительной красотой Венеры! Мне весьма далеко до физической безупречности. И из-за этого я стал вечным изгнанником среди золотых бессмертных Олимпа!
У Пии снова загудело и зазвенело в ушах.
— Но это же не имеет никакого значения...
Она протянула руку и коснулась его увечной ноги.
Вулкан поймал ее руку и упал на колени рядом с кроватью, прижавшись лицом к ее ладони.
— Это имеет огромное значение для бессмертных. Я знаю, каково это — ощущать себя отверженным, но теперь, когда я встретил тебя, я знаю и то, каково быть принятым и любимым. Я не могу потерять тебя, Пия. Мне этого не вынести.
И тут вдруг в памяти Пии внезапно вспыхнули слова Венеры, смысл которых она поняла только теперь: «Он физически несовершенен, а потому отверженный на Олимпе. Он думал, что женитьба на мне даст ему возможность войти в круг богов...»
— Ох нет... — произнесла она едва слышно. — Ты женат на Венере...
— Да, но...
Что он сказал дальше, Пия не слышала, потому что разрыдалась во весь голос.
— Малышка, не плачь! Все будет хорошо, вот увидишь!
— Дай мне... дай «клинекс»... — выговорила Пия между всхлипами, показывая на дверь ванной комнаты, примыкавшей к спальне.
Вулкан стремительно натянул джинсы и ринулся в ванную комнату.
— Маленькие бумажные салфетки в розовой коробке!