Помогая девушке собирать кофе, Джонни быстро сказал:
— Моя лодка в гавани. Ветер хороший. Плавание обещает быть славным. Одевайся, Хэсс, пошли. У тебя есть еда?
— Пирожки с рыбой, коврижка, бутылка эля.
Джонни кивнул.
— Куда хочешь отправиться? Мне нужно вернуться рано, но мы можем побывать на острове Бэйкера или на Кэт. Мне надо о многом с тобой поговорить без помех. — Его глаза вдруг потемнели. Эспер почувствовала тревогу. Наверное, он не об этом думает. А если об этом, то она уговорит его этого не делать.
— Давай отправимся на Касл-Рок, — сказала она тихо. — Ты сможешь пристать к берегу при таком подъеме воды?
Касл-Рок, со стороны Перешейка выходящий к океану, всегда был любимым местом влюбленных.
— Я могу пристать к берегу где угодно. Я с ней справлюсь, — кроме лодочки, у Джонни была теперь шхуна, также названная в честь Эспер, но лодочка теперь превратилась в «Хэсси X». Эспер не возражала против своего детского имени.
Джонни взял корзину с провизией, Эспер надела свой жакет, и они вышли. На Франт-стрит они задержались, вглядываясь в морскую даль. Ветер дул с юга, и Большая гавань была спокойна. Несмотря на перистые облака, небо над мысом Анны было не облачным, хотя и не слишком ясным. Сегодня по крайней мере удержится хорошая погода. Они шли, ни на кого не обращая внимания, пока на углу Стейт-стрит не встретили вдову Ли Кабби, которая остановилась, увидев их.
— О, — сказала женщина, слабо улыбнувшись, — не видали ли вы где Ната или мистера Портермэна?
— Нет, мэм, — ответил Джонни, а Эспер с любопытством посмотрела на нее. Вдова Кабби теперь редко выходила из дома, она до сих пор была красивой и выглядела моложе своих лет.
— Представить себе не могу, где они, — продолжала Ли. — Они ушли из дома еще до завтрака, не сказав мне ни слова. А обычно они вместе не ходят. Нат мистера Портермэна, знаете, не очень жалует. Не видит, какой он замечательный человек. Но мистера Портермэна это не беспокоит, и он платит столько денег за квартиру! Его жене хуже. Я ее как-то видела. Бедняжка!
— Вам бы лучше пойти домой, — очень вежливо сказал Джонни. — Я думаю, они сейчас у ратуши. Там люди ждут декларации. Вам не стоит беспокоиться.
Даже Джонни покровительственно добр к этой Ли, подумала Эспер с оттенком ревности, смутившим ее.
— О! — воскликнула вдова, всплеснув красивыми белыми руками. — Спасибо, наверное, так оно и есть. Знаете, Нат на стороне южан.
Джонни нахмурился.
— Пошли, Хэсс, — сказал он, и они оставили женщину.
Проклятая Ли, думала Эспер по дороге, опять настроение испортила. Ну ее к черту, вместе с Натом и декларацией.