— О чем ты, милок? — Дейзи вытянулась на кровати с некоторым облегчением.
Она не любила оральный секс и занималась им через силу. Временами Дейзи, несмотря на свой кипучий темперамент, казалось, вообще заставляла себя заниматься сексом. В спальне она, как правило, оставалась равнодушным посетителем.
— О чем? Ха! — Кристиан поморщился. — Сегодня меня обвинили в убийстве. И даже не в одном убийстве, а сразу в двух.
— Ты хочешь сказать, что полиция пытается завести на тебя дело по обвинению в убийстве Рины? — изумилась Дейзи.
Завести дело? Хотел бы он знать, как часто Дейзи встречается со своим полицейским уполномоченным там, в Хьюстоне.
— Не знаю, как полиция, но этот кретин, Блэкторн, тот самый, что позволил застрелить Рину у себя под гребаным своим носом, точно сидит у меня на хвосте.
— Интересно! А зачем тебе было убивать Рину? Ты ведь ничего против нее не имел.
— Блэкторн полагает, что сначала я убил Миранду — столкнул ее машину с дороги в приступе ярости из-за проигранного дела об опеке над Кейт; Рина же, узнав об этом, шантажировала меня, и я, естественно, пришил ее.
Дейзи рассмеялась. Кристиану всегда нравился смех со звучащими в нем очаровательными южными нотками, но сейчас он звучал диковато.
— Они с ума сошли, милок. Это точно. Они просто выискивают все, что только можно, о каждом.
— Возможно.
— Когда твоя жена погибла…
— Бывшая жена, — зло перебил Кристиан.
— Да, конечно, прости. Так вот, когда она погибла, кто-нибудь подозревал тебя в причастности к этой катастрофе?
— Нет, разумеется, нет. А если и подозревали, мне об этом ничего не сказали. Конечно, меня допрашивали. Поскольку произошла накладка, она погибла в тот же день, когда было вынесено судебное решение об опеке, вернее сказать, ранним утром следующего дня. Как раз тот случай, когда говорят о роковых поворотах судьбы.
— Я не верю в роковые повороты. Мы сами творцы своей судьбы.
— Ах, да, ты же веришь во всю эту чушь с «Горизонтами власти», но я-то не верю. Люди — творцы своей судьбы! Как Рина, например. Ты же не станешь, сидя здесь, убеждать меня, что она сама выбрала себе такую смерть?
— Конечно же, нет. Но она сама, по всей вероятности, сделала то, что привело к такому концу. Она могла кого-то обидеть, обмануть, поступить против себя. Такова система, милок. Каким-то образом, возможно, даже сознавая это, Рина сама свила петлю, которая потом затянулась на ее же шее.
— Если эта гребаная петля лежит сейчас вокруг моей шеи, то затянет ее Роб Блэкторн. Чтоб его черти взяли.