Кстати, высшее одобрение девушка также отмечала двумя нелитованными терминами: …здато и невъ…бенно.
Все это Машка мысленно вспомнила вовсе не для того, чтобы унизить вокалистку-соперницу, а для того, чтобы лишний раз посочувствовать себе, музыкальному руководителю и идеологу «Mashka-Band». Ведь нужно будет и концерты проводить, и следить за тем, чтобы восторженные почитатели Валечкиных вокальных способностей не нарвались на ее способности вербальные.
Но — хватит о грустном. Потому что, похоже, счастье постучалось в ее двери. Тьфу-тьфу, чтоб не спугнуть.
И опять это мистически связано с ее бывшим преподавателем, Ефимом Аркадьевичем. В свое время он, будем называть вещи своими именами, спас ее сестру Женьку. И, что мелочи по сравнению с первым, — дал возможность Ежковой получить диплом маркетолога и рекламиста.
Теперь же он легким мановением пухлой и не сильно мускулистой руки с «Ролексом» последовательно решил целый ряд нерешаемых проблем. С репетиционной базой, с недостающей аппаратурой и, главное… с оплачиваемыми концертами!!!
Его логика была проста и понятна, а счастье заключалось в том, что, осчастливливая Машку, он попутно решал собственные бизнес-задачи. Это делало совместное будущее предсказуемым.
Итак, чем занимался ее препод?
Разыскивал по городам и весям очень талантливых и очень непризнанных художников. Эта задача, как оказалось, была несложной. В городах и особенно в весях — кстати, что это такое? — таланты ходили стаями. Причем практически все — непризнанные.
Дальше было самое трудное: определить, кто из этих непризнанных в принципе промотируем. Береславский, как нормальный ученый, даже выделил и классифицировал признаки этой промотируемости.
Талант — один из них, самый банальный.
Кроме него, имелось еще не менее десятка. Например, задел готовых работ. Все просто, как в его лекциях по маркетингу. Скажем, выкупил Береславский у художника десять работ. И потом вложил в раскрутку (художника и его работ) миллион рублей. Итого в начале бизнеса на одну картину пришлось сто тысяч рублей накладных расходов. Хреновое начало.
А вот если выкупил сто картин? Уже по десять тысяч накладных.
Кроме экономических критериев, были и общечеловеческие. Ведь что получалось: художник за свой труд имел немного, особенно на старте раскрутки. Примерно столько же имел Береславский (в лучшем случае), все остальное уходило на рекламу, пиар и арт-технологии (оцифровать картины, каталогизировать, нанять искусствоведов, напечатать принты, организовать выставки и продажу работ). Обычно же Ефим Аркадьевич в этот период только тратил, хотя категорически возражал, когда кто-то называл его меценатом.