Итак, как эффективней использовать Германа Берегова? Можно заставить профессора сделать подробный отчет о деятельности подшефных фирм. Указать реальные доходы, основные источники финансирования, схемы уклонения от налогов. А можно… Михаил Федосович опять захихикал, воображение рисовало Берегова в роли наемного убийцы. Багров живо представил профессора в роли мокрушника: потное лицо, трясущиеся руки, страх в безумных глазах… Картинка понравилась Михаилу Федосовичу. А почему нет? Как соплячек на верную смерть посылать, товарищ ученый, Герман Вадимович, так можно? А самому, не теоретически, а практически душегубом заделаться западло?
Злое мстительное чувство полыхнуло в груди полковника. В самом деле, какого черта всю грязную работу должен выполнять он, боевой офицер, герой войны? Рисковать жизнью, положением, добрым именем? В то время как мерзавцы в белых рубашках и выутюженных костюмчиках преспокойно набивают карманы, цинично разглагольствуя о «достойной цели».
Михаил Федосович вскочил и забегал по кабинету. Состояние ярости довольно быстро перешло в чувство, близкое к эйфории. Отдавая отчет, что им овладевает охотничий азарт, полковник сурово одернул себя, спокойней, спокойней.
Багров никогда не стремился понять причину, истоки эйфории, всегда охватывавшей его при виде раболепствующих жертв, цепляющихся за любой шанс в надежде спасти свою шкуру. Но сегодня, внезапно задумавшись над этим, сделал открытие: Михаил Федосович испытывал наслаждение, наблюдая, как торжествует справедливость.
Остается сущий пустяк: аккуратно выйти из игры. Соскользнуть.
Столь радикально настроение полковника изменилось ночью, а точней утром. Он получил информацию, заставившую действовать в режиме форс-мажора…
Ранний телефонный звонок застал полковника в постели. Подняв трубку, Михаил Федосович суховато осведомился, кто собеседник и услышал:
– Угадай с трех раз.
Он догадался с первого, звонил Ермоха. Только у Дениса в четыре утра может быть такой радостный голос. Сидит в аэропорту, обеспечивает безопасность своего московского хозяина. Приглашает разделить общество «позитивно настроенных антиглобалисток». У Багрова потеплело на сердце, Ермоха ему как младший брат.
Веселый, улыбчивый красавец Денис Ермаков везде и всюду мгновенно становился центром притяжения, душой компании. Познакомились они в Афгане и по закону притяжения противоположностей стали друзьями. Ермоха излучал такую энергию, что казалось, мог один заменить собой Саяно-Шушенскую ГЭС. Даже Михаил Федосович, одно появление которого наводило смертельную скуку на всю роту, начинал улыбаться при виде Дениса. А когда приятеля ранило, то Багров, с осколком в руке, на своих плечах дотащил Ермакова в санчасть, и не успокоился, пока не убедился, что Денис окружен должным вниманием персонала.