— Каких? — спросила следователь.
— В Нью-Йорке какой-то ненормальный попытался проникнуть в ее номер и стащить платье. Полицейские, которые его задержали, пояснили нам, что он был известным фетишистом.
— А второй случай?
— Это произошло в Париже, во время дефиле Дома моды Кристиана Диора. После показа один из молодых людей попытался пробиться к Ирине, чтобы облить ее какой-то синей краской. Оказалось, что он представитель партии «зеленых» и протестовал против использования натуральных мехов в гардеробе графини. Мы задержали его и передали полиции. Хорошо рассуждать об экологии в Европе, а как защищаться от холода в сибирские морозы? А ведь графиня была родом из России.
— Как и вы, господин Гуцуев.
— Именно поэтому мне и предложили эту работу.
— И вас связывали с ней только рабочие отношения?
— Я снова не понял вашего вопроса, — холодно сказал Алан.
— Следователь спрашивает, не было ли у вас личных отношений, — вмешался Пуллен, задавая вопрос на русском языке.
— Не нужно, — прервала его Энн, — он все прекрасно понял. Итак, вы можете ответить на мой вопрос?
— Нас связывало чувство искренней симпатии и дружбы, — пояснил Алан.
— Что значит — «чувство симпатии и дружбы»? Уточните, — потребовала следователь.
— Мы хорошо относились друг к другу, — сдержанно объяснил Алан.
— Вы понимаете, что это недостаточное объяснение. Тогда я задам более прямой вопрос. У вас были интимные отношения?
Гуцуев зло взглянул на Дронго.
— Вы считаете, что мой ответ может помочь вам в расследовании убийства графини? — ответил он вопросом на вопрос.
— Разрешите мне самой решать, что именно поможет нам в расследовании этого преступления. Итак, я жду ответа на мой вопрос. У вас были интимные отношения с погибшей?
Алан тяжело вздохнул. Он понимал, что допрашивать будут всех прибывших вместе с графиней и кто-то из них даст более полную информацию. Лгать не имело смысла.
— Да, — сдержанно подтвердил Гуцуев, — у нас были близкие отношения.
— Как давно?
— Давно. Но она сама решала, когда и где. У нас было не совсем равное положение, — пояснил Алан.
— Вы ее ревновали к другим мужчинам?
Гуцуев выслушал вопрос и взглянул на Дронго.
— Мне не нравились мужчины, которые пытались ее обмануть, — уклончиво ответил он.
— Я задам вам вопрос еще раз. Вы ревновали ее к соперникам? — требовательно спросила Энн Дешанс.
— Мне они были неприятны, — ответил Гуцуев.
— И вы знали, что она пользуется большой популярностью у мужчин и не сдерживает себя в своих желаниях, — строго продолжала допрос следователь.
— Она была очень красивой женщиной, и все мужчины пытались добиться ее внимания, — подтвердил Алан.