Последние фотографии были подписаны: Зеленогорск, 1975 год.
Судя по всему, женщина ездила в этом году по путевке в дом отдыха, и эта поездка оказалась последним достойным увековечения событием в ее неинтересной и несчастливой жизни. Больше она не фотографировалась.
Не найдя ничего интересного в первой комнате, Водопятов перешел во вторую, где, судя по всему, обитал угрюмый уголовник, двадцать минут назад закончивший счеты с жизнью на собственной кухне.
Здесь также имелся небольшой платяной шкаф, сильно потертый диван-кровать и небольшой японский телевизор на низенькой черной тумбе.
Водопятов приподнял диван, заглянув в бельевой ящик, сдвинул вещи в платяном шкафу, простучал его заднюю стенку, заглянул в тумбу. Не найдя ничего, представляющего хоть какой-то интерес, он уже собрался уходить, но под конец решил еще раз осмотреть кухню. Честно говоря, Водопятову не хотелось это делать — хоть у него и были очень крепкие нервы, трупы только что убитых им людей действовали на него угнетающе. Почувствовав эту свою слабость, он решил преодолеть ее и направился на кухню.
Перешагнув через мертвую старуху, оглядел свежим взглядом уже обысканное один раз помещение. Ему показалось, что самодельный хозяйственный шкафчик стоит подозрительно высоко. Водопятов приподнял шкафчик и отодвинул его в сторону. Чутье его не обмануло: под дном шкафа к полу был пристроен потайной ящик, запертый на замок. Водопятов попытался открыть его ножом, но крепкая крышка не поддавалась. Тогда он выстрелом из пистолета разбил замок и откинул крышку.
В ящике лежал обильно смазанный пистолет Макарова, патроны к нему, небольшая стопка долларов и резная деревянная шкатулка. Оставив деньги и пистолет на месте, Водопятов положил шкатулку на кухонный стол и задвинул шкафчик на прежнее место. Однако шкатулка не оправдала его надежд: в ней лежали только какие-то пустяковые безделушки. Водопятов смирился с тем, что не найдет в этой квартире ничего, имеющего отношение к шантажу, еще раз прошел по всем комнатам, тщательно стирая везде отпечатки своих пальцев, и наконец ушел прочь.
Дверь в квартиру он оставил незапертой: искать в карманах покойников ключи ему не хотелось, а большой роли это не играло. С этими людьми его абсолютно ничто не связывало, и он никак не мог попасть в список подозреваемых. На лестнице он никого не встретил. Илье Олеговичу Водопятову вообще всегда везло.
Варвара Васильевна Хряпина поставила вариться картошку и вдруг спохватилась, что у нее нет соли. Беда невелика: у Марты Мартыновны, соседки по лестничной площадке, всегда можно разжиться солью, сахаром и спичками. Варвара Васильевна с уважением относилась к соседке: несмотря на ее вопиющую молодость — Марте шел только семьдесят шестой год, — она была женщина хозяйственная и степенная. Самой Варваре Васильевне было уже восемьдесят два, и все люди моложе восьмидесяти казались ей молодежью.