Водопятов потрогал пульс на шее Шухера и убедился, что тот мертв. Он коротко выругался. Нитка оборвалась, так и не удалось узнать, откуда получил этот идиот фотографии. Странно: этот уголовник совершенно не вписывался в картину шантажа, выглядел в ней удивительно чужеродным. Первые звонки делал человек совершенно другого склада — гораздо более развитый, более осторожный. Этот же выглядит мелким воришкой. Уголовник, прошедший зону, знающий тамошние порядки… Одно из двух: или первый шантажист нанял этого уголовника, чтобы не рисковать самому, или фотографии попали к нему совершенно случайно. В любом случае смерть этого человека нисколько не уменьшает опасности, не решает проблемы с шантажом.
Водопятов решил осмотреть квартиру, раз уже он сюда попал, — может быть, удастся найти какую-то связь с настоящим шантажистом или другие фотографии.
Он начал с кухни, проверил ящики столов, вынул банки с крупами и сахаром, пошуровал в них вилкой, зная, что в таких местах часто прячут что-нибудь важное. Ничего не найдя, прошел в комнаты.
В первой комнате царила бедная старушечья чистота. На полках старого фанерного шкафа ровными стопками были сложены пожелтевшие от бесчисленных стирок, многократно залатанные простыни и пододеяльники. Водопятов разрыл эту стопку, нашел под ней плотный конверт с аккуратной, как по линейке сделанной надписью: «На похороны». В конверте лежали три тысячи рублей. Водопятов убрал конверт на место, подумав, что, несмотря на аккуратность и предусмотрительность, вряд ли старуха будет достойно похоронена.
Во втором отделении шкафа висели на плечиках несколько поношенных ситцевых и шерстяных платьев да допотопное черное суконное пальто с большой, изъеденной молью лисой на воротнике. На тумбочке возле древней металлической кровати лежал плюшевый фотоальбом. Водопятов на всякий случай перелистал его. Именно здесь могли быть спрятаны сделанные шантажистами фотографии.
На первых страницах мелькали выцветшие черно-белые снимки белобрысой эстонской девочки с торчащими в стороны короткими косичками, рядом с ней был снят то высокий человек с большими неловкими руками, в серой фуражке и черном жилете, то такая же высокая веснушчатая женщина с уложенной вокруг головы светлой косой.
На следующих страницах белобрысая девочка превратилась в статную, но бесцветную светловолосую женщину. Пару раз мелькнул скуластый солдат в выцветшей гимнастерке и лихо сбитой набок пилотке с неуставной звездочкой, но так и не укоренился на страницах альбома.
На следующих фотографиях светловолосая женщина становилась все более бесцветной и усталой, понемногу утрачивая свою прежнюю стать.