Лисс укусил бывшего егеря, и тот выпустил пажа.
– Я уже мужчина! А вот ты уже нет, урод!
Мальчишка кинулся к дверям. Побледневший Канерва успел подставить ногу. Лисс споткнулся, упал, ударившись лбом о ковер с глухим стуком. Лорд Мельсон наступил мальчишке на шею.
– Еще одно слово об этом – и ты покойник. Запомни.
Паж замычал.
– То-то. – Канерва поднял ногу и сильно пнул Лисса под ребра, раз, и другой, и третий. Схватил за волосы и поднял. Паж был красным, мокрым, лицо в шерстинках. Когда Канерва развернул его к себе, мальчишка плюнул в него.
– Ах ты поганец! – Лорд ударил пажа по щеке. На прозрачной, как у всех рыжих, коже тут же расплылось красное пятно. – Ты у меня научишься хорошим манерам! – Он потащил мальчишку к выходу, сопровождая каждый шаг затрещиной. Лисс извивался, стараясь вырваться, но Канерва держал крепко.
У дверей начальник стражи наградил мальчишку особо увесистым подзатыльником.
– Я тебя предупредил, поганец. – И выпустил.
Здесь, на площадке, оканчивались три коридора, вниз и вверх уходили широкие лестничные пролеты. У каждого дежурили дюжие невозмутимые стражники.
Паж отбежал на несколько шагов и крикнул во весь голос:
– Лорд Канерва – импотент!
Канерва, и так бледный, стал меловым. Он медленно потянул из ножен меч...
Лисс поднялся на несколько ступеней.
– Лорд Канерва – импотент! Слушайте все! Канерва бессилен! Он не мужчина!
Голос Лисса сорвался. Нож просвистел там, где только что находилось его горло. Мальчишка упал на ступеньки, резво вскочил и помчался вверх, оглашая высокие своды воплями: «Канерва бессилен!» Лорд Мельсон преследовал его, перепрыгивая через две ступени.
* * *
Хлопнула дверь. Алиция приспустила одеяло с груди, разгладила сорочку, чтобы выпуклости лучше обрисовались под тканью.
Складки полога раздвинулись. Алиция тихонько вздохнула, так, что грудь мягко поднялась и опустилась. Тепло зародилось в паху, поднялось к горлу. Ми-и-илый...
Тяжелое тело продавило кровать у ее ног. Не открывая глаз, девушка расслабилась, приготовившись к прикосновению горячих мужских ладоней. Таких любимых...
Он подвинулся ближе, наклонился над ней, упираясь одной рукой рядом с ее талией. Алиция вздрогнула. Это вовсе не его запах! Канерва пахнет мягко, чуть приторно, с привкусом пота, а тут на нее накатил резкий мускусный аромат, раздражающий, как сбившиеся в тугую сборочку складки на простыне!
Алиция отпрянула, привставая, распахнула глаза.
– Ваше величество!..
– Да, девочка, да, дорогая, спасибо, что пришла, – бормотал голый король, скидывая с нее одеяло. Он резко задрал сорочку вверх, упал на девушку, впившись сухими губами ей в грудь.