Питт стоял перед плиткой и изучал странную смесь в сковороде. На нем были потрепанные шорты защитного цвета, стоптанные теннисные туфли и футболка с надписью „Поднимем „Лузитанию“ на груди.
— Вы точно к завтраку, адмирал.
— Что у вас тут? — спросил Сандекер, с подозрением разглядывая смесь на сковороде.
— Ничего особенного. Острый мексиканский омлет.
— Ограничусь чашкой кофе и половинкой грейпфрута.
Они сели за кухонный стол, и Питт налил кофе. Сандекер нахмурился и помахал газетой.
— Ты занял всю вторую полосу.
— Надеюсь, в других газетах тоже.
— Что ты хочешь доказать? — спросил Сандекер. — Собираешь пресс-конференцию и объявляешь, что нашел „Сан-Марино“, хотя не нашел, и „Пайлоттаун“, что должно было оставаться тайной. Ты что, с ума сошел?
Питт сделал перерыв между двумя кусками омлета.
— Я не упоминал о нейротоксине.
— К счастью, вчера армия все благополучно захоронила.
— Значит, никакого вреда. Теперь, когда „Пайлоттаун“ пуст, это просто очередной ржавеющий след катастрофы.
— Президент посмотрит на это иначе. Не улети он в Нью-Мексико, мы бы сейчас отскребали себя от ковра в Белом доме.
Сандекеру помешал договорить звонок. Питт встал и повернул рычажок на панели.
— Кто-то пришел? — спросил Сандекер.
Питт кивнул.
— Это грейпфрут из Флориды, — проворчал Сандекер, выплевывая косточку.
— Ну и что?
— Я предпочитаю техасские.
— Возьму на заметку, — с улыбкой сказал Питт.
— Вернемся к вашей невероятной истории, — сказал Сандекер, выдавливая в ложечку последнюю каплю сока. — Я хотел бы знать причины.
Питт объяснил.
— Почему бы не передать все это министерству юстиции? — спросил Сандекер. — Им за это платят.
Взгляд Питта стал жестким; последовал угрожающий взмах вилкой.
— Потому что никто и не подумал привлечь министерство юстиции к этому делу. Правительство не собирается признавать, что свыше трехсот человек погибли от нейротоксического газа, которого, как считается, не существует. Судебные процессы и критика в прессе растянутся на годы. Они хотят, чтобы никто ничего не знал. Очень вовремя случилось извержение Огастина. Сегодня пресс-секретарь президента представит дело так, будто во всех смертях виноваты облака серного газа.
Сандекер несколько мгновений внимательно смотрел на него. Потом спросил:
— Кто тебе это сказал?
— Я, — ответил женский голос от двери.
Лорен обезоруживающе улыбалась. Она вернулась с пробежки и была одета в атласные шорты с соответствующей майкой и повязкой на голове. Влажный воздух Виргинии заставил ее вспотеть, и она чуть задыхалась от бега. Вынув из-за пояса маленькое полотенце, она вытерла лицо.