— Ясуда-сан, — Михара старался держаться как можно проще, — вот я сегодня опять к вам с вопросами.
— Я вас слушаю. — Делец был абсолютно спокоен.
— Мне хотелось узнать… Правда, прошло уже много времени, и, может быть, вы не помните… Так вот, были ли вы в Токио с 20 по 22 января? Я спрашиваю об этом просто для сведения.
Ясуда засмеялся.
— Так я вам и поверю! Небось подозреваете меня в чем-нибудь?
— Ну что вы! Просто для сведения.
Михара сказал это умышленно, рассчитывая, что Ясуда тут же свяжет его вопрос с самоубийством Саяма. Однако лицо Ясуда оставалось непроницаемым.
— Двадцатого, гм… двадцатого… — Задумавшись, он прикрыл глаза, потом вынул из ящика стола маленькую записную книжку, полистал. — Ну да, правильно, 20 января я выехал по делам на Хоккайдо.
— На Хоккайдо?
— Да, в Саппоро у меня есть крупный покупатель, фирма «Футаба сёкай». Я ездил к ним. Пробыл на Хоккайдо два дня… — он снова заглянул в записную книжку, — и двадцать пятого вернулся в Токио.
Хоккайдо… Михара ничего не понимал. В обратную Сторону от Кюсю.
— Рассказать вам подробней о поездке? — Ясуда улыбался, глядя прямо в лицо инспектору.
— С удовольствием послушаю, — Михара вытащил из кармана блокнот и карандаш.
— Итак. Двадцатого выехал из Токио, в девятнадцать часов пятнадцать минут, с вокзала Уэно, экспрессом «Товада».
— Простите, вы поехали один?
— Да. Обычно по делам я всегда езжу один.
— Спасибо. Продолжайте, пожалуйста.
— На следующее утро, в девять часов десять минут, приехал в Аомори. Этот поезд подается прямо на пароход, курсирующий между Аомори и Хакодатэ, — говорил Ясуда, время от времени заглядывая в записную книжку. — В четырнадцать часов двадцать минут был уже в Хакодатэ. Дальше состав соединяют с экспрессом «Маримо». Он отправляется в 14.50. В Саппоро прибыл в 20.34. На станции меня встретил Каваниси-сан, служащий фирмы «Футаба сёкай». В гостинице «Марусо» для меня был заказан номер. Там я и остановился. Это было вечером двадцать первого. Двадцать второе и двадцать третье провел в Саппоро, а двадцать четвертого выехал обратно и двадцать пятого вернулся в Токио.
Михара все записал.
— Ну как, пригодятся вам эти сведения? — пряча записную книжку и продолжая улыбаться, спросил Ясуда.
— Спасибо большое, вы все очень подробно рассказали, — уклончиво ответил Михара и тоже слегка улыбнулся.
— Да, у вас тоже не легкий хлеб. Оказывается, приходится проверять всевозможные вещи.
Это было сказано спокойно, но Михара уловил легкую иронию.
— Не обижайтесь, пожалуйста. Это я ведь так, для очистки совести спрашиваю.