Но это отнюдь не значит, что он так и прибежит на мой Зов! Все, достаточно его расхваливать! Пора посмотреть правде в глаза: я здесь застряла и могу рассчитывать только на собственные силы.
— Кстати, — бросила Флара, опершись на стену. — Насколько я помню, большинство магов, которые приходили на Зов, также были некромантами. И, как ни странно, они как-то выводили узников из стены.
— И как они это делали?
— Говорю же, не знаю. Просто подходили к тем, кто их звал, говорили что-то, а затем исчезали, таяли в воздухе. Слушай, а что это за Вторая Мировая? Мне о ней еще никто ничего не рассказывал.
— И не расскажут, эта война была в другом мире.
— Ты из какой-то альтернативной реальности?
— Угадала.
— Как же тебя сюда занесло?
— Это длинная история.
— Тогда рассказывай со всеми подробностями, времени у нас в достатке, — цинично улыбнулась Флара.
* * *
Интересно, сколько я уже здесь пробыла? Видимо, немного менее трех дней, точно сказать трудно. Все это время я только и делала, что расспрашивала Флару о стене. А прерывала это занятие только для того, чтоб рассказать немного о себе. Скоро я узнала практически все, что было известно Фларе о каждом коридоре в стене, и мы переключились на заключенных, которые нам иногда встречались. Но чем больше я узнавала, тем сильнее убеждалась, что уже не выберусь отсюда. Неужели мне действительно придется провести здесь вечность? Что ж, теперь я понимаю смысл строки «Мечтой забвенье назовет»!
— Знаешь, я постоянно думала о том, что было бы со мной, не окажись я здесь, — прошептала Флара, глядя в бойницу, которая выводила на степь. — Не знаю точно, как сейчас, но в мое время девушка была обречена на далеко не лучшую судьбу.
— А ты не приукрашаешь действительность?
— Отнюдь. Тогда благородная девушка покидала стены замка, только уезжая на балы или приемы, где искала себе жениха… вернее, жених выбирал себе будущую жену. Затем он некоторое время присматривался к ней, ездя в гости. И если она ему нравилась — делал предложение, право согласия на которое имел отец. После этого справляли свадьбу, и та становилось, по сути, последним мероприятием, на котором эта женщина появлялась. Став женой своего мужа, она имела право покинуть имение лишь на свадьбу дочери. Ей оставалось вести хозяйство, даже по саду гулять дозволялось только в сопровождении мужа, и более того — приходилось повиноваться ему во всем. У него даже было право побить ее, если та ему чем-то не угодит. И это, заметь, среди аристократов! А теперь представь только, как жили мещанки, а тем более крестьянки.