— Воля Божья во всем, с этим я согласен полностью, — сказал Оливье, не поворачиваясь, потому что его захватило зрелище. — Вот только знать бы, как ею пользоваться в своих интересах… Я имею в виду интересы нашего короля и королевства…
— Только одним способом — выполняя эту волю и не зарывая в землю свои таланты…
— Ох, и тяжело же приходится нашим! — прервал Оливье беседу на высокие темы. — Им необходимо развернуться и опять составить каре. — Что же они медлят… — Граф в возбуждении даже постучал кулаком по перилам парапета.
— Милый мой, — невозмутимо напомнил король, — ты — маршал нынешнего турнира, и потому должен быть беспристрастным. У меня в душе тоже, возможно, клокочут страсти. Но этого никто не видит. Советую и тебе держать себя соответствующим образом.
— Простите, Ваше Величество, — склонил голову горячий граф.
Красным шарфам в самом деле приходилось нелегко. Синие рассеялись полукольцом с острым шипом посредине, а прорванная в центре линия не позволяла красным перестроить ряды так, чтобы оказаться защищенными со всех сторон. Более того, прорыв все углублялся, и в него, как в горлышко бутылки, втекали все новые и новые участники сражения. Создалась реальная угроза, что синие шарфы разрежут на две части строй франков — герцог Трафальбрасс вернулся в центр сам и усиленно размахивал мечом, нанося сокрушительные удары во все стороны. Так же решительно расчищал дорогу идущим за ним ратникам и князь Ратибор. Такой мощный тандем уже грозил красным неприятностями.
Но опять сказался воинский опыт франков и их способность к дисциплинированному поведению в самых сложных ситуациях, то есть сработало то, что называют выучкой. Когда противники излишне увлеклись прорывом, вдруг прозвучала громкая команда, и часть щитоносцев, оставив на время фланги открытыми, ринулась в быструю атаку с двух сторон, стремясь соединиться в центре. При всей ярости дерущихся саксов и славян, франкам атака удалась. И моментально к центру стали стягиваться остальные, образуя новое каре. Более того, внутри этого каре оказались запертыми и изолированными от своих четверо рыцарей синих во главе с Сигурдом и Ратибором и десяток простых ратников. Им всем пришлось бы туго, не успей герцог вовремя среагировать. Но он отдал команду как раз тогда, когда строй каре грозил сомкнуться полностью. И моментально началась атака на авангардную сторону франков, имеющую численный перевес, однако испытывающую трудности при бое на две стороны. И опять эта атака разорвала передовую линию. Но на сей раз франки не повторили первой ошибки, и сразу за упавшими под ударами воинами их места, выставив вперед сомкнутые щиты, заняли другие.