Тем временем много работы досталось турнирным стражникам. Они сновали по ристалищу парами, выносили окровавленных или оглушенных ударами бойцов в ресе, расположенные по противоположным углам площадки. Интенсивность боевых действий была такова, что вскоре в ресе собралось только чуть меньше половины всех участников, остальные же продолжали турнир с прежним усердием. Но теперь, когда отчаянная первоначальная схватка завершилась повторным построением каре, накал страстей слегка улегся. По крайней мере среди обладателей красных шарфов. Их сомкнутый ряд, выдерживая неорганизованные наскоки и удары противника, начал медленно двигаться вне-, ред, оттесняя синих к противоположному барьеру. У саксов, которых в отряде синих было большинство, отсутствовало умение вести такой спланированный бой. Пытались своими щитами сдержать франков славяне-вагры, но их оказалось слишком мало, и задержка длилась всего несколько минут, и обернулась тем, что славян просто окружили, лишив возможности составить с саксами единый строй.
Сам Сигурд, Ратибор и один из рыцарей Бравлина усиленно прореживали ряды франков, но с противоположного фланга семеро оставшихся в седлах рыцарей с красными шарфами делали то же самое среди саксов. И все же преимущество красных постепенно стало проявляться более явно. У большинства саксов доспехи оказались слишком легкими, чтобы выдерживать тяжелые удары длинных мечей. И с каждой минутой это преимущество возрастало.
Трафальбрасс волчьим нюхом почувствовал приближение конца. Он на минуту вышел из схватки, осмотрел ристалище и понял, что главная угроза — на противоположном фланге. Франкские рыцари просто сминали сакские ряды и, таким образом, грозились разорвать общую группу на две, что было бы уже само по себе равнозначно скорому поражению, потому что у пеших франков уже образовалось численное преимущество. И воспользоваться им, чтобы окружить малые группы, было не сложно.
— Туда! — дико рявкнул Сигурд и мечом показал направление.
И оставшаяся троица рыцарей синей стороны проломилась сквозь ряды пеших франков к семерке красных. Франкские рыцари не ожидали этого и, атакованные сбоку, вынуждены были отступить от общей схватки на чистое пространство, сразу же потеряв одного из своих товарищей. И все же их осталось шестеро против троих.
Сигурд устроил со своим первым соперником отчаянную рубку, в которой никто не хотел отступить даже для совершения выгодного маневра. И даже лошади бойцов пытались бить передними копытами друг друга. На помощь франку подоспел второй рыцарь, и этим вынудил дана защищаться. Противник рыцаря-вагра оказался чрезвычайно вертким и непредсказуемым в схватке. После обмена несколькими ударами он сумел спрятаться за круп коня так, что вагр сам чуть не вылетел из седла от инерции вложенной в меч силы, и тогда франк нанес ему, выпрямляющемуся с опозданием, удар по шлему. Теперь у аварца Ратибора оказалось четыре соперника, но один из них, уронив расколотый щит, с трудом защищался только мечом. Аварца выручал конь, почти постоянно поднятый на дыбы. Сам же Ратибор использовал преимущество роста и длину своего меча и наносил удары с дистанции, доставая противников и не давая им достать себя, и сразу менял позицию, нанося удар с другой стороны второму. Быстрота, с которой он это делал, заставила короля смотреть на схватку, не отрываясь.