А вот потом началось. Заявление, анкета, фотографии, опять заявление, вновь анкета. Форма и содержание должны соответствовать требованиям закона. Помогать и объяснять не входит в обязанности очередной девицы в окошке. Пройдите и перепишите вновь, согласно образцу.
Еще одна анкета, еще… Жуть. Как мучаются все остальные, не имеющие заранее возможности пробить подробности и доброжелательных медицинских работников с секретаршами, уму непостижимо. Максимальный срок предоставления документов из ВВК — год, и кто не успел, тот опоздал. Задним числом денег не выбьешь, да и в родной части тебя не вспомнят. Нет, у нас любят военнослужащих, однако порядок и выполнение инструкций (читай — наличие правильно заполненных бумажек) любят гораздо больше.
Тут Сашка уперся взглядом в еще одну страничку паспорта. «3-С», — лаконично сообщала запись с очередной печатью и вычурной подписью.
Тяжелый случай. Хорошо еще, не требуется гадать — «С» латинское или кириллица. Лучший в мире советский Информаторий элементарно выдал подсказку. Это буква русского алфавита. Номер очень приличный. Где-то середина списка. И тройка, и «С» в самой категории. Совсем недурно. Где-то на уровне майора. Не многие получали третью после армии. Кровь и награды свое дело сделали. Стартовая позиция вполне нормальна для дальнейшей жизни.
Очень интересная вещь эти категории снабжения. Все население четко приписано к определенной ступеньке, согласно Закону о паспортном режиме. Шесть категорий граждан и пять — А, Б, В, Г и Д — неграждан. Сам текст висел прямо в здании МВД, и там на буквы «Г» и «Д» от руки были вписаны соответствующие слова.
Очень отдаленно это напоминало пресловутую Табель о рангах петровских времен. Гражданские чины и должности имели соответствующие аналоги в военных званиях. Проблема, что загнать в узкие рамки сложно, требовалось намного большее количество званий, и поэтому в каждой категории присутствовали подпункты. Как в данном случае у него «С». И тут уже начинались сложности. Что положено и кому, далеко не всегда было известно.
Разобраться с казенными формулировками и сделать выводы способен исключительно лет двадцать проработавший в системе. На взгляд нормального человека, особой разницы между буквами не наблюдается. Хуже всего было, что общедоступны только общие положения. Существовало множество ведомственных и отраслевых инструкций, а их видели исключительно наделенные полномочиями товарищи. В принципе система была понятна. Чем выше должность и заслуги, тем разнообразнее снабжение и короче льготная очередь, существующая для всех категорий отдельно. По наследству они не передавались, и их требовалось заслужить.