Они бежали по коридорам, стремясь найти выход к ангару. Они оба обладали встроенной в память трёхмерной картой, и потому могли просчитывать маршрут в зависимости от того, где им преграждал путь пожар. Рид волновался. Казалось, что огненное кольцо сжимается вокруг них, и вскоре станет некуда бежать.
Вдруг — в гуле пламени звук шагов. Рид вскинул голову и оглянулся.
Несколько людей в тяжёлых сапогах. Бегут сюда.
Может быть, это солдаты правительственных войск?
Щурясь и кашляя от дыма, Рид старался вглядеться в приближающиеся силуэты.
Никаких шлемов, формы и государственных гербов. Пёстрая толпа повстанцев. Судорожно вздохнув, Рид развернулся и потащил за собой Данэля.
— Бежим! У них огнемёты!
Подчиняясь приказу, био-андроид легко мог бы убежать. Но его создатель не был в состоянии развить такую же скорость, как он. Данэль подхватил его на руки и помчался дальше.
Почувствовав, что отстают, повстанцы заорали:
— А ну стоять!
И открыли огонь.
Мощная струя напалма ударила в широкую спину био-андроида, и тому пришлось выпустить Рида из рук, дабы на него не перекинулось пламя. Потом Данэль развернулся и стал отстреливаться. Повстанцы юркнули за угол, но своих агрессивных намерений не оставили.
— Рид, ты должен уходить. Я их задержу, — проговорил био-андроид между выстрелами. Пламя быстро пробиралось по его телу, и вскоре Данэль был объят им с головы до ног.
Рид с ужасом следил, как обугливается белая кожа, плавится одежда, вспыхивают короткие волосы, похожие на иголочки инея. И не мог заставить себя бежать.
Данэль стал потихоньку отступать. Он всё реже попадал в цель, вздрагивал и мотал головой — от нестерпимого жара нарушалась слаженная работа системы. Огонь, сожрав всё, что можно, постепенно умирал на обуглившемся теле. Из-под спёкшейся псевдо-плоти проступал остов. Словно белые кости.
Повстанцы решились выбраться из укрытия и продолжить преследование.
Рид тащил за собой израненного био-андроида. И, наконец, укрылся вместе с ним в лаборатории. Кодовый замок чудом оказался не повреждён. Здесь было жарко, и лёгкие, казалось, слипаются от жирной горечи. Ничего, должен быть запасной выход… Должен…
Рид метался по разгромленной лаборатории, под его ногами хрустело битое стекло. Но выхода не было. Точнее, Рид не смог открыть оплавившуюся дверь. Как назло, она не стеклянная. Разбить невозможно. Разрезать моно-лезвием тоже — на поиски его в этом погроме уйдёт неизвестно сколь много времени. А дверь главного входа уже содрогается от обрушивающихся на неё ударов. Повстанцы принялись стрелять по замку. Он, конечно, бронированный, но долго не продержится.