Казалось, ее никто не слушал. Все выглядели очень печальными и говорили тихими голосами, чуть ли не шепотом. В какой-то момент к ней приблизился капеллан и, уведя от кровати, попытался ее утешить заученными словами. Она оттолкнула его локтем и кинулась обратно к Мии.
— Я здесь, Мышка, — сказала она. — Ты не одна.
Она стояла там, пока ей позволяли, совершенно неподвижно, шепча слова любви, рассказывая истории и стараясь запомнить до мельчайших подробностей все о Мии.
В конце концов к ней подошел Майлс. Когда это произошло, она понятия не имела.
— Джуд, — сказал он, а она даже не подозревала, что он несколько раз звал ее, даже, может быть, переходил на крик.
Она оторвала взгляд от Мии и повернулась к мужу.
За Мией стояла бригада людей в хирургических костюмах. Она увидела среди них человека, державшего в руках красно-белый переносной холодильник.
— Сейчас они должны ее забрать, Джуд, — сказал Майлс, отрывая ее пальцы от поручня кровати.
Она уставилась на него сквозь слезы.
— Я не готова.
Он промолчал. Да и что говорить? Разве можно быть к подобному готовым?
— Ты пойдешь с ней? — спросила она, прижимая ладонь к его сердцу, чувствуя, как оно бьется.
— Я буду в зоне наблюдения. — Голос его дрогнул. — Она не останется одна.
— Я хочу подождать перед операционной, — сказала Джуд, хотя на самом деле ей хотелось убежать.
— Ладно.
Она снова повернулась, наклонилась и поцеловала пухлые розовые губки дочери.
— Я люблю тебя, Мышка.
Она натянула одеяло до подбородка Мии. Это был инстинктивный жест, материнская забота. Наконец она отпрянула, дрожа, и позволила Майлсу увести ее от кровати. Через минуту Мии действительно не станет…
Они увозили ее дочь из палаты, когда Джуд вспомнила, что они кое о чем забыли. Как они могли такое забыть?
— Постойте! — крикнула она.
Майлс посмотрел на нее.
— Что?
— Зак, — едва сумела выговорить она.
* * *
Лекси слышала, как Миа разговаривала, смеялась… говорила что-то о своем мирке…
Она спросила: «Что?» — у подруги и протянула к ней руку, а рядом никого не оказалось. Лекси медленно проснулась, заморгала. Что-то здесь не так. Где она?
Она попыталась сесть и почувствовала острую боль в груди. Болело так сильно, что она вскрикнула.
— Алекса! — Ева поднялась со стула, на котором сидела у окна, читая.
— Где я? — спросила Лекси, хмуря лоб.
Ева подошла ближе.
— Ты в больнице.
Эти три слова остановили время. Лекси сразу все вспомнила: белый капот автомобиля, мчащийся вперед; ствол дерева, освещенный ярким светом фар; крики Мии, дым, звук бьющегося стекла…
— Мы врезались, — прошептала она, поворачиваясь, чтобы посмотреть на тетю. Одного взгляда в грустные глаза Евы хватило, чтобы понять — все плохо. Лекси отшвырнула одеяло и попыталась подняться с кровати.