Битва в горах - Арон Тамаши

Битва в горах

Арон Тамаши — один из ярких и самобытных прозаиков, лауреат государственных и литературных премий ВНР.Рассказы, весьма разнообразные по стилистической манере и тематике, отражают 40-летний период творчества писателя.

Читать Битва в горах (Тамаши) полностью

Арон Тамаши

БИТВА В ГОРАХ

Над стадом, высоко в небе, парил орел. Плавно кружил, мелькал стальным клином в меркнущем сумеречном свете. Оттуда, сверху, он, должно быть, еще видел солнце, а для земного мира оно уже скрылось за зелеными горами. Правда, орла больше занимали овцы, особенно резвые ягнята, совсем маленькие и еще слабые для сильного мира гор.

Разбойнику-орлу это хорошо известно.

Далеко не первый раз кружит он над этой отарой, а появилась она на горном пастбище всего неделю назад. Дни идут за днями, ягнята растут и набираются силы.

И об этом разбойнику-орлу известно.

А все же до сих пор ему не хватило храбрости обрушиться на кого-нибудь из малышей. Он выжидает, когда ягнята останутся одни, но при них неотлучно — человек в шапке.

Смеркается.

Ягнята жмутся к теплым материнским бокам.

Орел скрылся, скрылось и солнце. Опустилась тишина. Блестела роса на траве, вдали шумела река.

«Красота-то какая!» — подумал Андраш.

Он и был тот человек в шапке, которого не любил орел. Зато овцы его любили: он никогда не поднимал на них своего посоха. Еще его любила собака Фьють, в прошлом бродяга, которую Андраш подобрал на проезжей дороге недель пять тому назад.

— Пошли, Фьють!

Они быстро находили общий язык.

— Пошли, пошли под крышу! — сказал Фьють.

Ничего, кроме крыши, там и не было: деревянная переборка, две балки да дощатый навес. Андраш, с тех пор как поселился здесь, спал у переборки. Фьють тоже сюда забирался, когда выходило, хоть собачья честь и требовала, чтобы он ночевал с овцами. Напрасно Андраш в первые дни пытался его обучать. Фьють предпочитал быть подмастерьем, а не мастером.

Расположившись под навесом, сели ужинать.

К концу трапезы Фьють внезапно навострил уши и, высунувшись из-под навеса, трижды пролаял.

Потом обернулся и взглянул на Андраша.

Кто-то приближался.

Чем ближе подходил этот кто-то, тем дальше забивался Фьють.

То был старик Гергей, прошлогодний чабан. Да и не только прошлогодний, лет двадцать подряд собирал он отару и пас ее в этой долине. Потом ноги подвели, точила кости впитанная из земли холодная сырость.

— Как живешь-можешь, Андраш? — спросил он.

Андраш поднялся, пожал старику руку и сказал:

— Живу. Вас вот поджидал.

— Раньше-то я никак не мог. Старуха моя, почитай, пятый день охает.

— Неужто захворала? — спросил Андраш.

— То-то и оно.

— А вы ушли?

— Я, однако, не лекарь.

Потом бросил взгляд в сторону спящей отары и тихо добавил:

— Да и с тобой уговорился.

Это правда, уговор был, из-за этого уговора и ждал Андраш старика целую неделю, чтобы тот показал ему горный край, горные пастбища, посвятил в лесные секреты.