Стихотворения. Четыре десятилетия - Александр Семёнович Кушнер

Стихотворения. Четыре десятилетия

В этой удивительной книге вы откроете мир новых возможностей и историй, где каждый персонаж и событие приносят с собой неповторимую глубину и интригу. Автор волшебным образом сочетает элементы фантазии, приключения и человеческих драм, создавая непередаваемую атмосферу, в которой каждая страница — это путешествие в неизведанные миры. Поднимите книгу и готовьтесь погрузиться в мир, где слова становятся живыми, а истории оживают перед вашими глазами.

Читать Стихотворения. Четыре десятилетия (Кушнер) полностью

Александр Кушнер

Стихотворения

Четыре десятилетия

Прогресс-Плеяда

Москва

2000

Decima

Книга стихов для меня, лирического поэта, принципиально новый поэтический жанр, возникший в начале XIX века («Сумерки» Баратынского) и закрепившийся в поэзии XX века («Кипарисовый ларец», «Камень», «Форель разбивает лёд»; Блок тоже обозначал свой путь книгами стихов).

Книга стихов даёт возможность поэту, в обход эпического жанра, поэмы, повествовательного сюжета, – создать целостную картину мира из осколков ежедневных впечатлений. Книга стихов – это пылающий кусок жизни, отчёт лирического поэта за несколько лет счастливого труда.

Получилось так, что я писал по три книги в каждое десятилетие – и за сорок лет выпустил двенадцать книг.

Для данного издания избранных стихотворений мне пришлось нарушить мой принцип, распустить пряжу, рискну сказать, – паутину (есть у меня стихотворение, в котором уединённый, самозабвенный, тихий поэтический труд сравнивается с работой паучка на балконе: «Паутинка дрожит, как оптический чудный прицел для какого-то тайного, явно нездешнего глаза»). Как быть, что придумать взамен поступательного движения от книги к книге с их обдуманным сюжетом, прочными связями, рефлексами, постепенным выяснением смысла? Тут-то мне и показалось возможным распределить стихи по четырём разделам-десятилетиям; возможно, и название должно быть у книги не «Стихотворения», а «Decima», или хотя бы такой подзаголовок.

Александр Кушнер

ШЕСТИДЕСЯТЫЕ

«Первое впечатление»

«Ночной дозор»

«Приметы»

ГРАФИН

Вода в графине – чудо из чудес,

Прозрачный шар, задержанный в паденье!

Откуда он? Как очутился здесь,

На столике, в огромном учрежденье?

Какие предрассветные сады

Забыли мы и помним до сих пор мы?

И счастлив я способностью воды

Покорно повторять чужие формы.

А сам графин плывёт из пустоты,

Как призрак льдин, растаявших однажды,

Как воплощенье горестной мечты

Несчастных тех, что умерли от жажды.

Что делать мне?

 Отпить один глоток,

Подняв стакан? И чувствовать при этом,

Как подступает к сердцу холодок

Невыносимой жалости к предметам?

Когда сотрудница заговорит со мной,

Вздохну, но это не её заслуга.

Разделены невидимой стеной,

Вода и воздух смотрят друг на друга...

СТАКАН

Поставь стакан на край стола

И рядом с ним постой.

Он пуст. Он сделан из стекла.

Он полон пустотой.

Гранёный столбик, простачок,

Среди других посуд

Он тем хорошо, что одинок,

Такой простой сосуд!

Собрание лучей дневных!

И вот, куда ни встань,

Сверкает ярче остальных

Не та, так эта грань.

А рядом пропасть, словно пасть

Разверстая. И что ж?

Он при возможности упасть