Игорь Дудкин курил у окна и смотрел на Кремль. Под столом дремал пудель и громко, по-собачьи, храпел.
«Когда я ездил в метро, мне нравилась одна „колючка“… Однажды я видел эту „колючку“ в клубе „Эврибади“, она сопровождала одну раскрученную телеведущую», — Дудкин отошёл от окна и неожиданно для самого себя кукарекнул.
Пудель всхлипнул во сне, очнулся и долго смотрел на своего хозяина, пытаясь узнать — кто это?.. Узнал, вскочил и отряхнулся.
«Увидеться бы с колючкой», — подумал Дудкин. «Колючка» не выходила у него из головы уже неделю.
Игорь снова подошёл к окну — перед офисным центром развевался флаг корпорации: хохлатая курица в фартуке и кокошнике кружилась на золотых коньках.
Не плачь
Тёмный уголок гримёрной телецентра.
— Я всё думаю, Ир, с чего началась моя чёрная полоса, а?.. — Лера, закрыв лицо руками, плакала навзрыд.
На полу валялись сумочка, два пакета с костюмами и пачка сигарет.
— После Нового года у меня сломался лимузин… Потом мне сломала нос эта ведьма!.. А сегодня меня уволили с телеканала по сокращению штатов, сволочи-и-и-и!.. Пошла вон, так это называется, Ир? Что же делать? Я без телевидения жить не могу! — громко причитала Лера, размазывая тушь на щеках.
— Успокойся, можно подумать, ты ассистенткой никуда не поступишь! — чертыхнулась Ирина. — У тебя полно знакомых, и каналов — тьма, согласись?..
— Вот именно — тьма! Сейчас везде сокращают… И работу за кусок хлеба, как у всех, я не хочу, Ир! И нос болит, — Лера, вытащив платок, вытерла им нос и сморщилась от боли.
— Все будет хорошо, увидишь, Лерка, — Ирина вытащила пачку бумажных салфеток и протянула подруге. — Я задницей чувствую, — неожиданно добавила она.
— Неужели, задницей? — хихикнула Лера и вытерла слезы.
— Ага, только не плачь! — фыркнула Ирина. — Ну что, успокоилась? Пошли, кофейку выпьем?..
И подруги, покачиваясь на шпильках, пошли в кафе на второй этаж.
Холодный душ
В растаявших лужах с остервенением мылись голуби, хотя весна ещё не наступила. Гончаров, сидя на подоконнике, задумчиво перелистывал компромат на собственную дочь.
«Сперва её поймают и отпустят, потом снова поймают, заведут дело, и тут, Михаил Васильевич, мы не подкачаем, как всегда!» — руководитель службы безопасности корпорации слов на ветер не бросал.
Да, его дочь воровала из магазинов всякую мелочь и принимала наркотики, но в принципе это норма поведения тысяч молодых людей. Хуже было то, что Дашка на его глазах превращалась в бездушное, жестокое существо. Холодный душ будет полезен для неё, ведь кто любит причинять боль другим, тоже должен отведать боли.