— Вы им понравились не меньше. Когда мы собирались уходить, дамы, похоже, не хотели вас отпускать со мной. Думаю, они решили, что я наброшусь на вас в карете.
По спине Кэтрин пробежал неприятный холодок.
— Что за глупости! — усмехнулась она. Сэйнт был с нею просто любезен, не более того.
Он сидел напротив нее, и Кэтрин услышала шуршание его одежды о кожаное сиденье. Возможно, он пожал плечами.
— Мои друзья знают меня не первый год, — сказал он и сделал паузу. — А как давно знаете меня вы, Кэтрин?
Осторожный внутренний голос напомнил ей, что он обращается к Кэтрин, а не к мадам Венне.
— Несколько недель, — тихо произнесла она.
— Да, несколько недель. Думаю, мои друзья не зря волновались. На самом деле вы меня совсем не знаете.
Кэтрин вздрогнула. Будь на его месте любой другой мужчина, она решила бы, что ей угрожает опасность.
— Я так не думаю. Вы — честный человек. Я… Я верю вам.
Тишина.
Никогда раньше при ней он не был таким сдержанным. Независимо от того, в каком она была обличье, за словом в карман он не лез. Она чем-то обидела его?
Наконец он буркнул:
— Вам холодно. Почему вы не сказали? Вот, укройтесь.
Шуршание ткани и поскрипывание кожи слышалось в темноте кареты, везущей их к ее дому. Он наклонился вперед, и она сделала то же самое, чтобы ему было удобнее укрыть ее.
Кэтрин дернулась, когда ее лоб соприкоснулся с его щекой. Она охнула и сказала:
— Простите, здесь так темно.
— Тс-с. — Его парадный сюртук лег пледом на ее плечи. — Так теплее?
Было бы куда теплее, если бы вы сели рядом.
— Да. — Знакомое тепло его тела, его запах успокаивали, и она откинулась на спинку сиденья. — Спасибо.
Снова тишина.
Она стала считать удары своего сердца, которое, похоже, билось все быстрее. Положение, в котором она оказалась, сводило ее с ума. Будь она здесь в качестве мадам Венны, она не сидела бы так далеко от Сэйнта. Ночь, тет-а-тет… Никакие вежливые беседы были бы не нужны. Существовали иные, более приятные способы общаться. Но Кэтрин, увы, была весьма сдержанной, как любая воспитанная леди. Ее жизнь была скучной, проходила вне общества, и Кэтрин оставалась бесполым существом, хотя и снабжала мадам Венну ценными наблюдениями.
Так почему же Сэйнт оказался с нею рядом?
Эту загадку не могла решить ни Кэтрин, ни мадам Венна.
Когда карета остановилась перед ее домом, женщина одновременно испытала и сожаление, и облегчение. Она подняла руки, чтобы снять с плеч его сюртук, но он сказал:
— Оставьте.
Кучер открыл дверцу.
Сэйнт поправил сползший с ее обнаженных плеч сюртук.
— Заберу, когда провожу вас до двери. — Затем обратился к кучеру: — Поезжай до первого поворота. Там развернись и возвращайся сюда. Я буду тебя поджидать.