Когда он высадил их у ворот поместья и уехал, Линетт спросила:
— Значит, ты тоже познакомилась с Катлин? Джордж часто берет ее с нами и отвозит домой. — Она с сомнением посмотрела на сестру: — Ты ведь не против?
— Почему же я должна быть против? — быстро откликнулась Полина, окончательно отказываясь от Джорджа. — Я очень рада.
— Ты ведь все равно ему нравишься больше, — наивно добавила Линетт, — но раз ты не хочешь идти за него замуж, я так рада видеть, что он нашел другую девушку.
Нежное сердечко младшей Геральд не могло вынести, когда кто-нибудь страдал от любви.
Войдя в дом, Линетт обнаружила несколько длинных конвертов, ожидавших ее в прихожей, — почта, которая пришла в ее отсутствие. Они были из различных детских учреждений, и, пока сестра просматривала их содержимое, Полина спросила:
— Ты никогда не думала о том, что, если поедешь учиться на детскую няню, тебе придется покинуть Мулинз?
Чистые глаза девочки затуманились.
— Да, я знаю, но все равно здесь все изменится, когда мистер Марш женится. Кроме того, — глубокомысленно прибавила она, — я почти уверена, что мисс Сильвестер всех нас выставит отсюда. Изо всех нас ей нравится только Майк, а теперь его здесь нет. Я случайно слышала, как она говорила мистеру Маршу, когда они здесь были, что мы только обуза и что какая-нибудь семейная пара, муж и жена, гораздо лучше могут справиться с нашими обязанностями.
— Ах вот как? — вздохнула Полина. — Что ж, она, наверное, права.
— Но если нам всем придется уехать, Полина, что же ты станешь делать? Ты не хочешь вместе со мной поступить на курсы воспитательниц?
Полина засмеялась:
— Это не по моей части, дорогая моя. — Но ей было совсем не смешно, когда она подумала о своем будущем, обещавшем стать до ужаса одиноким.
* * *
Погода предвещала в этом году теплое Рождество. Стояли мягкие, сырые дни с редкими проблесками бледного солнца.
Решено было отпраздновать Рождество очень тихо. Оно было первым после смерти Джона Геральда, Майкл уехал, так что никто не мог похвастаться приподнятым, праздничным настроением. В подарок Энтони было куплено изображение тавернхэмской церкви в рамочке, друг другу они тоже приготовили маленькие сувениры, однако Майклу не могли послать даже открытки, потому что не знали его адреса.
Накануне Рождества, когда короткий день начал угасать, в их ворота въехал «ягуар». За рулем сидел Энтони. Тетя Марион приветствовала владельца имения с плохо скрытым ужасом.
— Господи боже, почему же вы не сказали заранее, что приезжаете? Я почти ничего не купила в дом, мы вообще не собирались устраивать пышного Рождества.