– Рандора?
Эбева чуть нахмурила тонкие брови, потом улыбнулась.
– И его тоже. Слуга передал, что он просит встречи.
– А ты?
– А я его видеть не очень-то хочу. Впрочем… Он забавный, смотрит на меня, как паломник на храм Огалтэ, и краснеет, словно девочка перед картиной Малкера.
– Он зачастил к тебе.
– Но я не всегда его принимаю. Меня иногда утомляет такое обожание.
Эбева замолчала, заглянула в глаза отца и после паузы спросила:
– Тебе не нравится, что я говорю?
– Да нет. Просто девушке, чей отец уже получил предложение о ее замужестве, не стоит встречаться с другими мужчинами. Во всяком случае, не стоит принимать их у себя.
Префект взял дочь за руку и подвел к широкому диванчику. Усадил, погладил по плечу.
– Ты говоришь об этом Теладоре?
– Верно, милая. Он тоже кажется тебе забавным?
– Он? Н-нет. Он старше, серьезнее. И на меня смотрит… совсем иначе. Я даже не знаю, как сказать.
– Ты его боишься?
– Что ты?! Он не страшный. Хотя Рандор назвал его ужасом в шкуре дворянина.
– Ну что ж, хоть в чем-то этот прохвост оказался прав. Ужас в шкуре дворянина только что разгромил отряды варваров, а потом и эльфов. Вот для кого он и впрямь ужас! Залил их кровью целые поля.
Эбева отвела взгляд.
– Ты знаешь, я не очень люблю говорить о крови.
– Знаю, милая. Но что поделать, мы живем в такое время, когда все, или почти все, построено на крови. Начиная с нашей империи и заканчивая… рождением.
Эбева вскинула голову.
– Отец, ты… о маме?
Префект выругал себя за излишнюю болтливость и поспешил успокоить дочь. Хотя ее слова всколыхнули события десятилетней давности. Тогда его возлюбленная жена не пережила родов их сына. И умерла, истекая кровью, которую не смогли унять врачи. А вызванный магик опоздал и не смог помочь умирающей. С тех пор префект не доверял магикам и не принимал их у себя.
Вместе с женой умер и сын, так и не сделав ни единого вдоха. Префект сумел задавить в себе горе и всю жизнь посвятил служению империи и дочери. И не стал брать вторую жену, хотя породниться с ним мечтали многие.
– Извини, доченька. Я о другом. Теладор, может быть, не обладает красноречием Рандора, но он не пустобрех и не молодой оболтус. Граф уже сейчас самый сильный из кордонных дворян провинции. Его влияние растет, как и богатства.
– Я слышала.
– Он хочет взять тебя в жены. И уже несколько раз говорил об этом. А теперь, после славной победы, он наверняка приедет с официальным предложением. Я… склонен дать согласие. Но прежде хочу спросить твое мнение.
Префект сел рядом с ней, положил руку на плечо и повернул дочь к себе лицом.